Ауртни Бьёрнссон
(Árni Björnsson)

Йоль

Рождество

Зимнее солнцестояние праздновалось с незапамятных времен. В языческие времена праздник середины зимы был известен под названием jól, которое до сих пор используется для обозначения Рождества.

Слово jól (Yule в английском) есть во всех скандинавских языках. Родственная форма также зафиксирована в готском, слово было связано с именем Jólnir, одним из прозвищ Одина, отца северных богов, но исходное значение остаётся неясным. Было предложено множество возможных толкований, предполагающих, что jól — обозначение пиршества или производная форма от имени Юлия Цезаря, а также допускалось, что это слово происходит от еврейского jalad, что означает «дал начало». Кроме того, думали, что слово связано с французским jolie (радость, английское jolly) или с растением дягиль (Angelica, дудник, исл. hvann-jóli).

Романтическое изображение ритуалов языческого Йоля. Исландский рисунок 1925 года.

Подлинная суть языческого Йоля остается тайной, но совершенно ясно, что он был прежде всего приятной и радостной встречей в темное время середины зимы. В частности, в этот период человеку необходимо было продемонстрировать свою силу и оптимизм в противостоянии с природой. В темное время года праздник был просто-напросто психологической необходимостью. Возможно, это было поводом отпраздновать плодородие земли или победить нечистую силу, которая могла скрываться во тьме. В языческие времена Йоль праздновался в середине декабря или в середине января. В исторических источниках не сообщается о конкретном сроке, но на середину декабря указывает название месяца ýlir, который этимологически означает «месяц святок».

В древнейших исландских источниках встречается упоминание «пития Йоля», и, кажется, первоначально он был поводом для пиршества дома или с друзьями и родственниками.

Нет убедительных доказательств того, что Йоль был изначально религиозным праздником. Когда христианство проникло в Исландию (около 1000 г. н.э.), Йоль стал играть роль Рождества как нечто само собой разумеющееся. Древние римские Сатурналии были источником принятой даты рождения Христа, 25 декабря; точная дата в Библии не указана.

Рождественские ритуалы постепенно распространились в Исландской церкви в XI и XII веках. Рождество было единственным днём года, когда клиру было необходимо отслужить три мессы. Религиозные празднества в Рождество начинались мессой в 6 часов вечера в канун Рождества, переходя в полуночную мессу, третья месса начиналась в 6 утра, а четвертая — в 9 утра.

После Реформации в XIV веке пышные празднества упростились, но полуночные мессы в Исландии продолжались до 1744 года, когда они были запрещены королевским указом. Приблизительно два столетия спустя в 1958 году религиозные службы снова стали проводиться в рождественскую полночь в церкви Сельфосса (Selfoss) на юге. В 1964 году обычай был возрожден в Кафедральном соборе Рейкьявика епископом Сигурбьёрном Эйнарссоном (Sigurbjörn Einarsson) и распространился в большинстве церковных приходов страны.

Древняя традиция «пития Йоля» не исчезла полностью с пришествием христианства, во многих сагах рождественский пир устраивался светскими и церковными высокопоставленными лицами. В XIV веке епископ Лаурентиус Каульвссон (Lárentíus Kálfsson) устроил пир «для священников и всего клира, учащихся, управляющего, экономки и всего семейства, чтобы все могли праздновать».

Танцы, по-видимому, стали устраиваться на Рождество только в XVIII веке. Vökunætur (ночные бдения) перед великим церковным празднеством, изначально ночи размышления и молитвы, стали превращаться в более светские увеселения с танцами и, как правило, с недостойным поведением.

Эта безнравственность привела к большому возмущению в пуританское время после Реформации. Законы, изданные в Норвегии в 1687 году и принятые затем также в Исландии, постановили:

Все беспорядочные и скандальные празднества в Рождество и в другое время, а также гуляния на Масленицу, строго запрещены под страхом серьёзного наказания.

Несмотря на все усилия властей, танцы, по-видимому, продолжались. О бражничавших в церкви в южных долинах Хруни (Hruni) рассказывали, что в Рождественскую ночь они были утащены в ад на мучения вместе с церковью.

Настолько строгими были нравы в то время, что все празднества на Рождество осуждались как непристойные. В священный праздник Рождества могли быть запрещены любые игры, в том числе карточные, книги легкомысленного или бытового характера. Эти запреты не ослаблялись до последнего десятилетия XIX века: на второй день Рождества и на Новый год карточные игры и танцы разрешались.

В период до Реформации три или четыре предшествующие Рождеству недели, рождественский пост, были временем говенья и подготовки к Рождеству, в Исландии оно называлось jólafasta (Рождественский пост).

Обычай украшения рождественскими венками с 4 свечами (по одной на каждое воскресенье поста) появился в Исландии недавно. Он возник в северной Германии и через Данию был привнесен в Исландию после Второй Мировой войны. В 1960-е и 70-е годы он стал общераспространённым.

В Исландии Рождественский пост традиционно осмыслялся как время активной подготовки к Рождеству. За осенним забоем скота и заготовкой запасов еды на зиму следовало прядение и вязание.

Женщины и девушки чешут, прядут и вяжут шерсть (ок. 1900 г.)

Для каждого члена семьи должна была быть изготовлена теплая зимняя одежда, после чего спряденную шерсть и вязаные изделия везли продавать перед Рождеством. Крестьяне, которые сотрудничали с местными торговыми компаниями, обменивали шерстяные изделия на различные вещи, нужные к Рождеству. В конце концов перчатки, носки, ботинки и прочие подобного рода мелочи преподносились в подарок на Рождество каждому члену семьи. Колоссальная загруженность работой в предрождественские недели стала источником многих причудливых народных традиций. Когда в середине XIX века Йоун Ауртнасон (Jón Árnason) собирал народные предания, ему рассказывали об augntepra (глазном стопоре) или vökustaur (пробуждающем колышке). Это была маленькая палочка, которая не давала закрыть глаза. Похоже на то, что данный предмет всё же является мифическим. По мнению офтальмологов, такой пыточный инструмент мог приводить к мучениям от сухости глаз, и это был жестокий способ заставить людей не спать и тяжело работать. Возможно, это было не более чем безобидным розыгрышем или шуткой, которую людская память преувеличила.

У слова vökustaur было другое значение, более распространенное и, без сомнения, более точное: дополнительные порции пищи, которые выдавались как стимул или награда за усердную работу в предрождественские недели.

На западе и северо-западе существовал забавный обычай записывать имена всех приходивших в гости юношей и девушек. В канун Рождества или в другой день рождественских празднеств молодые люди могли бросить жребий и вытянуть имя девушки и наоборот. Этот обычай был известен как выбор рождественского юноши или рождественской девушки. В некоторых случаях пары могли в шутку сыграть свадьбу, прочитав вслух случайно выбранное стихотворение.

В фольклоре упоминается множество опасностей, которые в середине зимы, а особенно в рождественский пост, исходили от троллей и других чудовищ, самым страшным из которых была Грила (Grýla). Первое упоминание о ней в письменных источниках как о существе с 15 хвостами встречается в XIII веке. Триста лет спустя у нее было уже по сто мешков на каждом из 15 хвостов и в каждом из них — по 20 детей. Грила, чьим любимым блюдом были тушеные непослушные дети, не была связана конкретно с Рождеством до XVII века, когда у нее появилось целое племя сыновей, jólasveinar (Рождественников). Потомки Грилы и ее мужа, Леппалуди, Рождественники были опасными для детей чудовищами, как и их мать.

Великанша Грила пытается поймать детей в мешок. Художник — Триггви Магнуссон (Tryggvi Magnússon).

Родители часто пугали детей Грилой и ее ужасными сыновьями, чтобы заставить слушаться. Постановление 1746 года гласило:

Глупый обычай пугать детей Рождественниками, практикующийся по всей стране, должен быть запрещен.

На протяжении XIX века репутация Рождественников постепенно улучшалась: из великанов, пожирающих детей, они превратились в озорных вороватых простачков. Верили, что они спускаются с гор перед Рождеством, а в некоторых прибрежных областях страны они представлялись приплывающими с моря.

Число сыновей Грилы варьировалось от девяти до двадцати двух и более. В стихотворении XVIII века упоминалось тринадцать Рождественников, но число девять встречается во многих стихах, например: «Рождественники, один и восемь, / Спустились с гор» — и сегодня поют дети по всей Исландии.

У каждого Рождественника было свое имя и свой характер, но список имен различался от одной области страны к другой. В некоторых случаях в состав семьи включались также дочери, ничуть не более очаровательные, чем их братья. Среди примерно восьмидесяти имен Рождественников и Рождественниц были такие живописные имена, как Faldafeykir (Задиратель юбок), Flotnös (Сальная ноздря), Flotsokka (Сальный носок), Kleinusníkir (Воришка пончиков), Smjörhákur (Пожиратель масла), а также более пугающее Svarti-Ljótur (Чёрный Мерзавец).

Собиравший в XIX веке фольклор Йоун Ауртнарсон зафиксировал несколько различных вариантов озорной семьи Грилы, но опубликованная им в 1862 году версия содержит тринадцать имен, о которых он узнал от священника Паудля Йоунссона (Páll Jónsson) из Миркау (Myrká): Stekkjarstaur (Жердина-из-Овчарни), Giljagaur (Олух из оврага), Stúfur (Коротышка), Þvörusleikir (Ложколиз), Pottasleikir (Горшколиз), Askasleikir (Мисколиз), Hurðaskellir (Хлопатель дверями), Skyrgámur (Пожиратель творога), Bjúgnakrækir (Воришка колбас), Gluggagægir (Подглядывающий), Gáttaþefur (Нюхач), Kjötkrókur (Мясной крюк) и Kertasnikir (Свечной Попрошайка). Эти имена прочно закрепились за Рождественниками с тех пор, как они впервые появились в печати.

Внешний вид Рождественников не был предметом дискуссий до начала двадцатого века, когда стали публиковаться их изображения. В 1901 году маленькие рождественские эльфы в красных нарядах, очевидно, датские julenisse, впервые появились в исландской прессе — несколькими годами позднее среднеевропейского Санта-Клауса с белой бородой, елкой и мешком с подарками. В это время интернациональный Санта был еще незнаком исландским детям и в текстах обычно упоминался как «старик».

Тринадцать Рождественников во время спуска с гор изображены как чудовища, 1925 г. Их мать, Грила, гонит их метлой, в то время как их отец, Леппалуди, помешивает варево в котле.

Идея доброго Санты, приносящего подарки, оказала влияние на Рождественников из исконного исландского фольклора. Они заимствовали его красное пальто и белую бороду, но продолжали быть известными как Рождественники, сохранили свои традиционные имена, которые были опубликованы Йоуном Ауртнасоном, и привычку спускаться с гор на хутора и в деревни друг за другом в течении тринадцати дней, предшествующих Рождеству. Это были скорее простые селяне, которые рассказывали детям истории, пели и дарили им подарки (и, возможно, иногда воровали колбасы и свечи), чем опасные хулиганы.

Рождественники Kjötkrókur (Мясной крюк), Gluggagægir (Подглядывающий), Kertasníkir (Свечной Попрошайка), Stekkjarstaur (Жердина-из-Овчарни) в традиционной одежде сельских жителей в Национальном музее Исландии, 1991 г.

В 1932 году были изданы стихи Йоуханнеса из Катлара (Jóhannes úr Kötlum) о Рождественниках с иллюстрациями Триггви Магнуссона, который изобразил Рождественников в старомодной исландской одежде: в шерстяных свитерах или жакетах, мешковатых брюках, толстых носках, ботинках из бараньей кожи и шерстяных шляпах. Стихи приобрели необычайную популярность, а эта интерпретация преданий о Рождественниках стала официально признанной версией. Благодаря тому, что национальное радио Исландии поддержало исландские традиции перед лицом непрошеного гостя в красном пальто, Рождественники дожили до настоящего времени.

С 1988 года Национальный музей Исландии приглашал детей на встречу с этими милыми плутами. В дни перед Рождеством Пожиратель творога, Подглядывающий и остальные появились в образах фольклора XIX века, собранного Йоуном Ауртнарсоном, представились детям как «настоящие» Рождественники, которые, как они рассказали своим юным слушателям, оставляют свои нарядные красно-белые костюмы для праздника, а домотканую шерстяную одежду носят каждый день.

В Северной Европе принято оставлять в детских ботинках маленькие подарки во время Рождественского поста. Изначально это делали 6 декабря, в день св. Николая, но позднее подарки чаще дарились в каждое воскресенье поста. Этот обычай был привнесен в Исландию приблизительно в середине века моряками, приезжавшими из континентальной Европы.

Рождественник одет как Санта-Клаус на рождественской вечеринке в 1954 г.

В 1950-е годы эта новая мода создала много проблем. Некоторые дети получали подарки в декабре каждый день, а другие — намного реже, и это породило нездоровый дух соперничества среди школьников.

Общие правила были установлены в 1970 году с помощью Отделения Этнологии Национального Музея: подарки могут оставлять только Рождественники, причем не раньше, чем придет первый из братьев, Stekkjarstaur (за тринадцать дней до Рождества). Родители и другие лица, заменявшие «Рождественников», пришли к соглашению, что подарки должны быть маленькими, например, кусочек фрукта, сладость или маленькая игрушка.

Несмотря на бедность и непривлекательность своих домов, исландцы всегда старались помыться, постирать свою одежду и вычистить жилища на Рождество. Большие проблемы могли возникнуть у тех, кто был настолько беден, что не имел сменной одежды. Они могли притворяться больными целый день, пока их одежда сушилась, и надеялись на fátækraþerrir (сушильный день бедняка) перед Рождеством. В канун Рождества дом чистился вдоль и поперек, постели застилались свежим бельем, животных кормили, коров доили, и, в конце концов, каждый член семьи мылся.

Мальчики моются в лохани в начале XX века. Рейкьявик.

Часто забивали овцу или телёнка к рождественскому столу. Обычно готовили сытный kjötsúpa (мясной суп), который подавался на стол в канун Рождества. Hangikjöt (копченая баранина) также была обычной рождественской едой, в то время как rjúpa (куропатка), которая сегодня является роскошным праздничным блюдом, заменяла беднякам ягненка или другое мясо.

Зерновые культуры в Исландии давали очень небогатый урожай, а раздобыть ввозимую из-за границы муку или зерно было трудно. Поэтому злаковые блюда были величайшей роскошью. Хлеб был редким удовольствием, что подтверждают слова детской песенки: Það skal (или: á að) gefa börnum brauð að bíta í á jólunum («Дети должны получить кусочек хлеба на Рождество»), а сладкая ячменная каша или рисовый пудинг с изюмом были известны просто как jólagrautur (Рождественская каша). Такого рода каши являлись общей чертой всех больших празднеств и были известны как Рождественская каша, Пасхальная каша и т.д.

Необычным исландским лакомством на Рождество был laufabrauð (лиственный хлеб). Тесто из муки раскатывалось так тонко, насколько было возможно, сворачивалось в круглые лепешки, а затем разрезалось и заплеталось декоративными узорами перед жаркой в жире. По всей вероятности, это лакомство изобрели вследствие недостатка муки, когда небольшое ее количество могло тратиться в течение очень долгого времени.

Рождественский вечер с laufabrauð (лиственным хлебом) на сельском севере, 1906 г.

Когда в XIX веке зерно стало ввозиться свободнее, исландские домохозяйки все больше и больше увлекались kleinur (пончиками) и блинчиками, на которые нужно было больше муки. Примерно с 1920 года большинство исландских домов могло похвастаться приличной кухней и духовкой, и пироги с печеньем вошли в моду; собственно рождественским блюдам стало уделяться меньше внимания. В последние несколько десятилетий эта тенденция возродилась, и сегодня основной акцент делается на кушанья, которые едят в канун Рождества и на Рождество. Пироги и печенье снова отошли на второй план.

Ёлки впервые появились в Исландии в середине XIX века. Эта традицию принесли в Исландию, скорее всего, семьи датчан. В 1876 году в Рейкьявике был устроен благотворительный праздник с ёлкой для детей бедняков. Ёлки до того времени не были известны в Исландии, и пресса, сообщая о празднике, называла их «рождественскими деревьями».

Настоящие вечнозеленые деревья были практически недоступными, и много лет исландцы сооружали собственные ёлки с ветвями, сделанными из кусочков коры, покрашенных в зеленый цвет, с натуральными листьями, свечами и бумажными украшениями. Так было до 1940-х годов, когда привозные натуральные ёлки появились на Рождество во всех исландских домах. Сегодня ёлки растут в Исландии в большом количестве.

В 1952 году в Рейкьявик впервые была прислана ёлка из Осло, и сегодня множество исландских общин получают их от городов-побратимов в других странах Скандинавии и континентальной Европы. Обычай дарить рождественские подарки существует в Исландии немногим больше столетия (с другой стороны, обычай дарить подарки летом известен с XVI века). Селяне обычно получали какую-нибудь новую одежду или новую пару обуви, но это было скорее дополнением к подарку.

Семья состоятельного чиновника в Рейкьявике собралась у ёлки, ок. 1920 г.

Древнейшим рождественским подарком были свечи: с начала XIX века каждый ребенок, каждый член семьи мог надеяться на рождественскую свечу. Так как дома в быту тускло освещались лампами на рыбьем жире, яркий огонь свечей из сала превращал Рождество в праздник света.

Дети у самодельной ёлки, Северная Исландия, ок.1920 г. Возможно, фотографировал кто-то из членов семьи.

Одним из самых затратных по времени домашних дел в период рождественского поста было изготовление свечей путем многократного погружения фитиля в топленое сало. Тройные kóngakerti (королевские свечи) были особой роскошью и названы так в честь волхвов, принесших младенцу Иисусу золото, ладан и мирру.

Йольский Кот — ужас исландских детей. Художник — Триггви Магнуссон, 1932 г.

Несмотря на то, что свечи и игральные карты оставались излюбленными рождественскими подарками, в конце XIX века в качестве подарков начинали играть главную роль другие вещи. Подарки, как и в Скандинавии, и в континентальной Европе, дарились и открывались в Исландии в канун Рождества.

Часто упоминаемый персонаж рождественского фольклора Исландии — так называемый Йольский Кот. Предание сообщает, что каждый, кто не получил обновки из шерсти к Рождеству, наденет Йольского Кота или «одежду Йольского Кота».

Его использовали, по-видимому, как угрозу, чтобы заставить детей хорошо работать перед Рождеством: тот, кто работал спустя рукава, не получал рождественскую одежду, и Кот мог его съесть.

Происхождение этой легенды неясно, однако, возможно, изначальное понятие означало одеваться «как кот», то есть всегда ходить в одной и той же одежде. Двойники рождественского зверя известны и в других странах: Bullkater (бык-кот) в Северной Германии и Рождественский Козел в Норвегии.

Первое известное рождественское приветствие в Исландии обнаружено в письме епископа Бриньоульва Свейнссона (Brynjólfur Sveinsson, 1667 г.); он заканчивает письмо добрыми пожеланиями к Рождеству и Новому году. Рождественские открытки (из Дании и Германии) впервые появились в Исландии примерно в 1890 году, а исландские открытки начали выпускаться в начале ХХ века.

В 1932 году национальная радиостанция начала поздравлять с Рождеством, прежде всего матросов в море. Во время Второй Мировой войны и после неё, когда многие исландцы переселились из сельской местности в Рейкьявик, обычай передавать поздравления по радио близким, оставшимся дома, приобрел необычайную популярность.

Рождество является официальным государственным праздником.

Глава из книги High Days and Holidays in Iceland / Saga Daganna

Перевод с английского Ольги Милановой

По всем вопросам пишите в раздел форума Valhalla: Эпоха викингов