Константин Юдин

Убийца Вестейна

В предлагаемых ниже размышлениях мы попытались выяснить, кто был убийцей Вестейна — одного из героев «Саги о Гисли». Этот вопрос привлекал внимание многих исследователей, и версии выдвигались различные. Быть может, кому-то наша версия покажется интересной.

Основное действие саги начинается с конфликта между братьями Гисли и Торкелем. Их сестру Тордис соблазняет некто Бард, друг Торкеля. Гисли, поддерживая семейную честь, неожиданно убивает Барда на глазах у брата. Торкель настолько обижен этим, что переселяется к родственнику Барда — Скегги Драчуну, подстрекая того отомстить Гисли. Он не может отомстить сам, но был бы рад смерти Гисли от руки кого-нибудь другого. Скегги пробует свататься к Тордис, но неудачно. У Тордис есть ухажер, которого Скегги вызывает на поединок, однако, тот отказывается, а вместо него бьется и побеждает Гисли.

После поединка Торкелю приходится возвратиться в отцовский дом, и это понятно, поскольку он брат Гисли, которому будут мстить Скегги или его близкие. Он мог остаться у Скегги, только полностью порвав со своей семьей, и более того — пришлось бы принять непосредственное участие в ее уничтожении. На это Торкель не был способен, хотя в сложившейся ситуации его тоже настигала месть. Так и случилось — все семейство Гисли едва не сожгли в собственном доме. В саге говорится, что погибли двенадцать человек, а спастись удалось десятерым, в том числе и нашим героям. Гисли и его родственники отвечают ударом на удар, после чего вынуждены покинуть Норвегию и переселиться в Исландию.

Cемейству Гисли удается компенсировать нанесенные обиды, уничтожив своих внешних врагов, а также прервать череду убийств, уехав в Исландию. Однако, остается неразрешенным внутренний конфликт — Торкель не получает удовлетворения за обиду, нанесенную ему Гисли. Он не может напрямую отомстить родному брату (убить его), но очевидно, что, при своем злопамятном характере, использует любую возможность сделать это каким-либо иным способом. И такая возможность предоставляется.

У Гисли в Исландии появился друг — купец и мореход Вестейн. Гисли женился на его сестре Ауд. Из разговора Ауд и своей жены Асгерд (в девятой главе) Торкель узнает, что Асгерд изменяет ему с Вестейном. Он оскорблен, но Асгерд не дала возможности себя наказать, угрожая разводом. Поэтому он хочет отомстить Вестейну. Убить Вестейна — значит отомстить не только ему самому, но еще и Гисли. Для Торкеля это идеальный вариант — Гисли убил его друга, а он может убить друга Гисли.

Вестейна убивают — это событие является ключевым в конфликте и порождает цепочку ответных убийств. Но само преступление и сопутствующие ему обстоятельства описаны так, что нелегко понять, кто убийца.

У Торкеля в Исландии тоже появился друг — Торгрим, который породнился с семейством Гисли, женившись на Тордис. Гисли с Торкелем построили новый двор, а в прежнем, расположенном неподалеку, поселились Торгрим с Тордис. Торкель, вскоре после того, как узнал об измене жены, решил отделиться от брата и переселился к Торгриму. Известно, что Торгрим был в плохих отношениях с Вестейном.

В шестой главе описывается, как Гисли, Вестейн, Торкель и Торгрим хотели совершить обряд побратимства, но Торгрим в последний момент отказался подать руку Вестейну. Возможно, в девятой главе дается скрытая мотивировка этого отказа: из разговора Ауд и Асгерд мы узнаем, что Ауд встречалась с Торгримом до того, как стала женой Гисли. Напомним, что Ауд — сестра Вестейна. Весьма вероятно, что Вестейн был недоволен отношениями своей сестры с Торгримом, подобно тому, как в начале саги Гисли был недоволен отношениями Тордис и Барда. Этого, конечно, нельзя утверждать наверняка, но психологически весьма правдоподобно и создает дополнительное переплетение сюжетных «прядей».

Итак, в доме Торгрима готовится убийство Вестейна. У Торкеля, после раздела имущества с Гисли, хранились обломки волшебного меча Серый Клинок, который приносил победу всякому, кто им владеет. На пир, справляемый в дни прихода зимы, Торгрим с Торкелем пригласили колдуна по имени Торгрим Нос. С помощью Торкеля и Торгрима он делает из обломков меча копье, на котором «были насечены тайные знаки, и древко входило в наконечник на целую пядь». Возможно, что ковал копье другой Торгрим — из текста саги не ясно, кто именно.

Вестейн был в путешествии и вернулся как раз к празднику. Он прибывает на пир в дом Гисли, хотя Гисли пытался его остановить, предчувствуя недоброе. На следующий день Гисли просит Торкеля принять подарки от Вестейна, но Торкель наотрез отказывается, обозначив свое враждебное отношение. На третью ночь после этого совершается убийство. Во время бури Вестейн остается вдвоем с сестрой в доме Гисли (не считая раба). Все остальные ушли на сенокос убирать мокнущее под дождем сено. Незадолго до рассвета кто-то пробрался в дом и поразил Серым Клинком Вестейна прямо в сердце (о чем свидетельствовал сам Вестейн), оставив копье в ране. Сделано это было так, что Вестейн не видел убийцу, хотя и не спал. Если оружие оставлялось в ране, то подобное убийство называлось тайным умерщвлением, как поясняется в саге. Очевидно, это было одним из тягчайших преступлений.

Убийца не был замечен, и нам его имя не сообщается. Дальнейшие события только запутывают ситуацию. Гисли прячет орудие убийства и сохраняет отношения с Торкелем и Торгримом. Торгрим же, начиная с похорон, несколько раз демонстративно оскорбляет память Вестейна. Перечислим последовательно эти моменты:

1. На похоронах, «когда Гисли приступил к погребению, подъезжает туда Торгрим и с ним много людей. Когда они завершили обряд над телом Вестейна по тогдашнему обычаю, Торгрим подошел к Гисли и сказал:

— Есть обычай обувать покойного в башмаки Хель, чтобы в них он вошел в Вальгаллу. Я сделаю это для Вестейна. — И, покончив с этим, он сказал: — Я не умею завязывать башмаков Хель, если эти развяжутся».

Убив впоследствии Торгрима, Гисли совершает симметричный поступок, отвечая на оскорбление. Когда над погребальным кораблем Торгрима насыпали курган, Гисли «идет к речному устью, берет там огромный, как скала, камень и взваливает его на корабль. Кажется, подалась под камнем каждая досочка, и корабль весь затрещал. Гисли сказал:

— Я не умею ставить корабль, если этот унесет ветром».

2. Во время игры в мяч (глава пятнадцатая) Гисли толкнул Торгрима, не дававшего ему бежать за мячом, и тот упал на землю. Торгрим, поднявшись и глянув на курган Вестейна, говорит вису:

«Копье со звоном сердце
Задело. Ну что ж, за дело!

Гисли остановил катившийся мяч и запустил его Торгриму между лопаток, так что тот упал ничком. Гисли сказал:

Мяч по загривку героя
Огрел. Ну что ж, за дело!»

Торгрим слабее и пытается отыграться, уязвляя Гисли неуважением к Вестейну. Он показывает, что осведомлен об обстоятельствах его смерти. Но Гисли не остается в долгу, и Торгрим попадает в унизительное положение. В саге говорится, что после этого случая его отношения с Гисли стали холоднее.

3. Третий (!) и последний раз Торгрим наносит такое оскорбление, которое вынудило Гисли мстить:

«Торгрим задумал дать в предзимние дни осенний пир, встретить зиму и принести жертвы Фрейру… Гисли тоже готовится к пиру… В обоих домах готовился пир горой, и пол в Морском Жилье устлали тростником с тростникового озерка. Торгрим со своими занимался приготовлениями, и они собирались завешивать стены, — в тот вечер ожидались гости, — и Торгрим сказал Торкелю:

— Как бы теперь подошли нам те добрые ткани на стену, что хотел отдать тебе Вестейн! На мой взгляд, это отнюдь не одно и то же: получить их насовсем или получить их на время, и я желал бы, чтобы ты теперь послал за ними.

Торкель отвечает:

— Все знает тот, кто знает меру. Я не стану посылать за ними.

— Тогда я сделаю это сам, — сказал Торгрим…»

Он посылает за тканями юношу Гейрмунда (который был воспитанником Торкеля), попутно оскорбляя и его.

Гисли узнает, что Торкель одобрил издевательства Торгрима, по словам Гейрмунда. «Это решает дело, — сказал Гисли и вышел с ним, отдав ему ткань». Той же ночью он совершает «тайное умерщвление» Торгрима, действуя подобно убийце Вестейна.

Кому же мстил Гисли, и кто убил Вестейна? Чтобы прояснить этот вопрос, рассмотрим некоторые детали ситуации.

Кого еще можно подозревать в убийстве, кроме Торкеля? Очевидно, Торгрима. Но почему мы должны обвинять его? На то есть основание. Торкель был побратимом с Вестейном, что являлось серьезным препятствием для мести. Торгрим же не имел перед Вестейном никаких обязательств, а значит, мог отомстить за друга. Собственно говоря, это единственный весомый аргумент в пользу того, что убийца — Торгрим, поскольку Торкель был жив и вполне «дееспособен». Трудно представить, чтобы он мог переложить бремя мести на Торгрима без серьезной причины, а тот — взять это бремя на себя.

Почему было совершено тайное убийство? Наверное, как Торкель, так и Торгрим, хотели остаться безнаказанными, а никакой славы открытая месть принести в данном случае не могла, поскольку Вестейн был из близкого круга. Торкеля осудило бы все общество за убийство побратима, а Торгрим, если он мстил за Торкеля, безусловно, навлек бы на себя ответную месть Гисли и родственников Вестейна. Не имея глубоких личных мотивов, он мог выбрать более безопасный вариант, а безнаказанностью потом некоторое время пользоваться, издеваясь над Вестейном и уязвляя Гисли.

Но кого следует считать убийцей? Торкель связан обетом побратимства, но мы не знаем, способен ли он его нарушить или нет. Нетрудно вообразить, что для Торкеля обет представляется пустой формальностью, а удар он хочет нанести самолично, не прибегая к услугам Торгрима. Ведь это месть не только Вестейну, но и Гисли за давнишнее убийство Барда — Торгрим в старое дело вообще не замешан. Кроме того, Торгрим, возможно, не готов совершить грязное дело своими руками, имея некоторые представления о чести (в саге дается описание мести Торгрима двум норвежцам, убившим его сына. Он не боится напасть один на двоих, убивает их открыто, и такой поступок даже приносит ему славу. Есть так же описание его поведения на Тинге, где он держит себя гордо и независимо, предлагая любую помощь друзьям). Конечно, он будет рад смерти Вестейна, но пусть это сделает Торкель. Не исключено, что Торгрим вообще предпочел бы открытую месть, но поддался на уговоры Торкеля.

Эту картину можно инвертировать. В подготовке убийства Торгрим участвовал — об этом в саге говорится, так почему он не мог убить? Торкель не хочет преступать клятву, но чужими руками отомстит сразу двум обидчикам, а сам будет сидеть, «забравшись с ногами в ясли» (как позднее выразился про него Гисли). Торгрим всегда готов помочь другу, да и сам имеет поводы — Вестейн ему никогда не нравился, а с Гисли отношения испортились после незавершенного обряда побратимства. У Торгрима с Гисли соперничество, что явственно показано в эпизоде игры в мяч (см. выше). Возникнуть оно могло почти сразу после знакомства. Смерть Вестейна давала прекрасную возможность насладиться горем соперника и даже испытывать его терпение, проявляя неуважение к памяти умершего.

Мы обрисовали два равнозначных варианта, позволяющих считать убийцей как Торкеля, так и Торгрима. Проблема состоит в том, что у нас нет данных, позволяющих уверенно предпочесть какой-либо один вариант — мы не можем проникнуть в мысли преступников или присутствовать при убийстве Вестейна. Необходимо заранее знать, кто был истинным убийцей. Но как раз этой информации сага нам не дает. Очевидно, таков замысел автора, таков характер событий.

Но нет ли чего-то косвенного, позволяющего все-таки «увидеть невидимое» и выяснить, кто же действительно взял на себя исполнение мести? Такие данные есть, но добыть информацию придется не из анализа самих событий и мотивировок, а из оценки двух равновозможных линий сюжета с точки зрения целого всей композиции. Для этого надо сделать одно допущение: «расстановка сил» должна быть равновесной. Вариант гармоничный будет признан истинным, по крайней мере — более вероятным, а дисгармоничный — ложным.

Итак, что мы имеем, если будем считать убийцей Торкеля? Он обижен на Гисли за убийство Барда, потом оскорблен Вестейном и мстит ему за оскорбление. Но, кроме этого, он еще мстит и Гисли. Месть Торкель осуществляет сам, не взирая на то, что нарушает обет побратимства, но он не придает ему особого значения. В подготовке убийства участвует Торгрим. После убийства Торкель сидит смирно и надеется остаться безнаказанным. На предложение Торгрима оскорбить память Вестейна он отвечает отказом, что вполне естественно для человека, не желающего лишних проблем. Торгрим же, выражаясь современным языком, «нарывается», играя на чувствах Гисли и пользуясь безнаказанностью. Гисли мстит за убийство Вестейна, но он не может убить собственного брата, а потому убивает Торгрима, чем косвенно мстит и Торкелю, которому Торгрим был ближайшим другом. Позднее самого Торкеля убивают дети Вестейна.

В квартете Гисли — Вестейн — Торкель — Торгрим мы наблюдаем равновесие и симметрию: Торкель лично мстит Гисли, убив его друга, а Гисли мстит Торкелю, убив его друга. Вестейн и Торгрим — оба наносят оскорбления, достаточные для мести.

Если считать убийцей Торгрима, то мы видим иную картину: Торкель хочет мстить Вестейну и Гисли, но его останавливает побратимство. Торгрим мстит вместо Торкеля, но выходит, что Торкель не может лично отомстить Гисли, тогда как Гисли снова убивает его друга, а Торкель опять не может отомстить (мстят родственники Торгрима). Торгрим же не только берет на себя акт убийства, причем подлого, но наносит еще и ряд оскорблений. Торкель пассивен и виновен только в желании отомстить за оскорбление, а Торгрим активен за двоих и повинен во всех грехах. Центр тяжести смещается в сторону Торгрима, и баланс композиции нарушается. Если признать, что подобной диспропорции в саге быть не должно, то с необходимостью следует вывод: убийца Вестейна — Торкель.

Этот вывод подтверждается уже упоминавшейся подробностью повествования: Торгрим просит Торкеля послать за подарками Вестейна, но Торкель находит это чрезмерным и отказывается, будучи, однако, доволен тем, что за ними послал Торгрим. Из симметричности действий героев вытекает существование аналогичной просьбы Торкеля, каковая могла бы показаться Торгриму невыполнимой. Но подобного эпизода в саге нет. Если принять, что убийца Торкель, то можно реконструировать недостающее звено описания, намеренно выпущенное автором:

Торкель обратился к Торгриму с просьбой совершить убийство за него, чтобы не нарушать обета побратимства. Торгрим был согласен при условии открытого мщения — это соответствовало его представлениям о чести. Однако, Торкель настаивал на тайне, чтобы избежать наказания — ведь ему могли мстить, даже если было известно, что Торгрим убийца. Подлое убийство показалось Торгриму чрезмерным, и он отказался. «Тогда я сделаю это сам», — сказал Торкель и убил Вестейна, чем Торгрим был доволен, симметрично одобрительному отношению Торкеля в эпизоде с подарками. Гисли узнал у Гейрмунда, как одобрительно Торкель смотрел на оскорбительный поступок Торгрима, и это позволяло мстить, поскольку создавало нулевой баланс в «бухгалтерии оскорблений», если учесть, что Гисли предугадывал смерть Торкеля от руки сына Вестейна.

Таким образом, Гисли, совершая «тайное умерщвление», мстил эквивалентно преступлению Торкеля и одобрению Торгрима, а эквивалентно оскорблениям Торгрима и одобрению Торкеля отомстили дети Вестейна. Гисли отомстил так же, со своей стороны, за оскорбление друга, а дети — убийце за отца.

Здесь, опять-таки, все события и мотивы находятся в симметрии, которая нарушится, если принять Торгрима за убийцу. В таком случае, Гисли мстит ему за убийство Вестейна, но дети Вестейна не могут отомстить ему же за оскорбление памяти и за убийство отца (!), поэтому убивают Торкеля, который повинен только в подстрекательстве Торгрима и в одобрении его издевательств. Двойным преступником и объектом мести оказывается Торгрим, а Торкель, сам не сумев ни разу отомстить лично кому бы то ни было, гибнет, потому что Торгрима невозможно убить два раза. Таким образом, действия Торгрима не имеют симметрии в действиях Торкеля, а подстрекательства Торкеля и его одобрение издевательских поступков Торгрима отомщены, очевидно, детьми Вестейна, но не имеют симметричных ответов в действиях Торгрима. И остается совершенно непонятным, почему одобрение Торкеля «решило дело» в качестве причины для мести Гисли.

Трудно себе представить, чтобы автор саги мог допустить подобный дисбаланс, поскольку равноценность мести — один из основных законов общества того времени, известный не только из нашей саги, а равновесие событий отражается в симметричной структуре повествования. Очевидно, Гисли является героем как раз потому, что идеальным образом выполняет закон симметрии и поддерживает равновесие, нарушающееся всеми остальными участниками событий.

На этом мы и завершим наш анализ конфликта в «Саге о Гисли».

P.S. Автор выражает благодарность сайту Norrœn Dýrð за предоставленные материалы, советы при написании работы и возможность публикации.

© Константин Юдин — yudinkostikyandex.ru

См. также:

По всем вопросам пишите в раздел форума Valhalla: Эпоха викингов