Вторая Песнь о Хельги убийце Хундинга

	Вторая Песнь о Хельги убийце Хундинга	Helgakviða Hundingsbana önnur (Völsungakviða in forna)
	О Вёльсунгах	Frá völsungum
	Конунг Сигмунд, сын Вёльсунга, был женат на Боргхильд в Бралунде. Они назвали своего сына Хельги в честь Хельги, сына Хьёрварда. Хагаль воспитал Хельги.	Sigmundr konungr Völsungsson átti Borghildi af Brálundi. Þau hétu son sinn Helga ok eftir Helga Hjörvarðssyni. Helga fóstraði Hagall.
	Одного могущественного конунга звали Хундинг. По его имени страна называется Хундланд. Он был очень воинствен и имел много сыновей, которые воевали. Вражда и столкновения были между конунгом Хундингом и конунгом Сигмундом. Они убивали друг у друга родичей. Конунг Сигмунд и его род назывались Вёльсунги и Ильвинги.	Hundingr hét ríkr konungr. Við hann er Hundland kennt. Hann var hermaðr mikill ok átti marga sonu þá er í hernaði váru. Ófriðr ok dylgjur váru á milli þeira Hundings konungs ok Sigmundar konungs. Drápu hvárir annarra frændr. Sigmundr konungr ok hans ættmenn hétu Völsungar ok Ylfingar.
	Хельги отправился тайно разведать о дружине конунга Хундинга. Хеминг, сын конунга Хундинга, был дома. А когда Хельги уезжал, он встретил пастушка и сказал:	Helgi fór ok njósnaði til hirðar Hundings konungs á laun. Hemingr, son Hundings konungs, var heima. En er Helgi fór í brott, þá hitti hann hjarðarsvein ok kvað:
1	«Хемингу молви, что Хельги помнит, какого мужа убили воины; серого волка в доме держали, конунг Хундинг думал — то Хамаль».	"Segðu Hemingi at Helgi man hvern i brynju bragnar felldu, ér ulf gráan inni höfðuð, þar er Hamal hugði Hundingr konungr."
	Хамалем звали сына Хагаля. Конунг Хундинг послал людей к Хагалю, чтобы найти Хельги. А Хельги не мог укрыться иначе, как одеться рабыней и начать молоть зерно. Они искали и не нашли Хельги. Тогда сказал Блинд Злокозненный:	Hamall hét son Hagals. Hundingr konungr sendi menn til Hagals at leita Helga, en Helgi mátti eigi forðast annan veg en tók klæði ambáttar ok gekk at mala. Þeir leituðu ok fundu eigi Helga. Þá kvað Blindr inn bölvísi:
2	«Сверкают глаза у рабыни Хагаля, — уж не мужчина ли жернов вращает? Ломается жернов, грохочет основа!	"Hvöss eru augu í Hagals þýju; er-a þat karls ætt, er á kvernum stendr; steinar rifna stökk lúðr fyrir.
3	Тяжелая доля досталась герою; вождю довелось зерна молоть! Руке той привычна меча рукоять, а вовсе не палка, что жернов вращает».	Nú hefir hörð dæmi hildingr þekit, er vísi skal valbygg mala; heldr er sæmri hendi þeiri meðalkafli en möndultré."
	Хагаль ответил и сказал:	Hagall svaraði ok kvað:
4	«Дива тут нет, что грохочет основа, — конунга дочь жернов вращает; носилась она над облаками, сражаться могла, как смелые викинги, прежде чем Хельги в плен ее взял; это сестра Хёгни и Сигара, взор ее страшен — взор Ильвингов девы».	"Þat er lítil vá þótt lúðr þrumi er mær konungs möndul hrærir; hon skævaði skýjum efri ok vega þorði sem víkingar, áðr hana Helgi höftu gerði; systir er hon þeira Sigars ok Högna; því hefir ötul augu Ylfinga man."
	Хельги спасся и отправился на боевой корабль. Он сразил конунга Хундинга, и с тех пор его стали звать Хельги Убийца Хундинга. Он стоял со своим войском в бухте Брунавагар, и там они порезали скот и ели сырое мясо. Одного конунга звали Хёгни. У него была дочь Сигрун. Она была валькирия и носилась по воздуху и по морю. То была родившаяся вновь Свава. Сигрун подъехала к кораблям Хельги и сказала:	Undan komst Helgi ok fór á herskip. Hann felldi Hunding konung ok var síðan kallatur Helgi Hundingsbani. Hann lá með her sinn í Brunavágum ok hafði þar strandhögg ok átu þar hrátt. Högni hét konungr. Hans dóttir var Sigrún. Hon var valkyrja ok reið loft ok lög. Hon var Sváfa endurborin. Sigrún reið at skipum Helga ok kvað:
5	«Кто там направил ладью к побережью? Где вы живете, смелые воины? Чего ожидаете здесь в Брунавагар? Куда отсюда вы держите путь?»	"Hverir láta fljóta fley við bakka? Hvar, hermegir, heima eiguð? Hvers bíðið ér í Brunavágum? Hvert lystir yðr leið at kanna?"
	Хельги сказал:	Helgi kvað:
6	«Хамаль направил ладью к побережью, все мы живем на острове Хлесей, ветра попутного здесь поджидаем, путь мы хотим держать на восток».	"Hamall lætr fljóta fley við bakka, eigum heima í Hléseyju, bíðum byrjar í Brunavágum, austr lystir oss leið at kanna."
	Сигрун сказала:	Sigrún kvað:
7	«Где ты сражался, воин могучий, где ты кормил гусят валькирий? Почему кольчуга обрызгана кровью, ешь мясо сырое, шлем не снимая?»	"Hvar hefir þú, hilmir, hildi vakða eða gögl alin Gunnar systra? Hví er brynja þín blóði stokkin? Hví skal und hjálmum hrátt kjöt eta?"
	Хельги сказал:	Helgi kvað:
8	«Вот что исполнил на запад от моря Ильвингов родич, коль знать желаешь: медведей убил я в Брагалунде и племя орлов накормил до отвалу;	"Þat vann næst nýs niðr Ylfinga fyr vestan ver, ef þik vita lystir, er ek björnu tók í Bragalundi ok ætt ara oddum saddak.
9	вот и сказал я, какая причина, что мало жаркого в море мы ели».	Nú er sagt, mær, hvaðan sakar gerðusk, því var á legi mér lítt steikt etit."
	Сигрун сказала:	Sigrún kvað:
10	«О победе ты молвишь; Хельги причина, что конунг Хундинг в поле погиб; битва была, за родича мщенье, хлынула кровь струей на мечи».	"Víg lýsir þú, varð fyr Helga Hundingr konungr hníga at velli. Bar sókn saman er sefa hefnduð ok busti blóð á brimis eggjar."
	Хельги сказал:	Helgi kvað:
11	«Точно ли знаешь, мудрая женщина, что воинам этим за родича мстил я? Много сынов есть смелых у конунга, недружелюбных к нашему роду».	"Hvat vissir þú, at þeir séim, snót svinnhuguð, er sefa hefndum? Margir ro hvassir hildings synir ok ámunir ossum niðjum."
	Сигрун сказала:	Sigrún kvað:
12	«Утром вчера близко была я, вождь дружины, в час гибели князя; хитрецом назову Сигмунда сына, что темные речи ведет о победе.	"Vark-a ek fjarri, folks oddviti, gær á morgun grams aldrlokum. Þó tel ek slægjan Sigmundar bur, er í valrúnum vígspjöll segir.
13	Тебя я не раз видала и раньше, стоял ты в ладье, залитой кровью, а вокруг ледяные волны играли; что ж хочешь, герой, от меня таиться? Хёгни дочь Хельги узна́ет».	Leit ek þik um sinn fyrr á langskipum, þá er þú byggðir blóðga stafna ok úrsvalar unnir léku, nú vill dyljask döglingr fyr mér, en Högna mær Helga kennir."
	Гранмаром звали могущественного конунга, который жил в Сварингсхауге. У него было много сыновей: первый Хёдбродд, второй Гудмунд, третий Старкад. Хёдбродд был на сходке конунгов. Ему была просватана Сигрун, дочь Хёгни. Но когда она узнала об этом, она поскакала с валькириями по воздуху и морю в поисках Хельги.	Granmarr hét ríkr konungr, er bjó at Svarinshaugi. Hann átti marga sonu: Höðbroddr, annarr Guðmundr, þriði Starkaðr. Höðbroddr var í konungastefnu. Hann fastnaði sér Sigrúnu Högnadóttur. En er hon spyrr þat þá reið hon með valkyrjur um loft ok um lög at leita Helga.
	Хельги был тогда на горе Логафьёлль, он сражался с сыновьями Хундинга. Там сразил он Альва и Эйольва, Хьёрварда и Херварда. Он был очень утомлен боем и сидел под Орлиным Камнем. Там нашла его Сигрун, и бросилась ему на шею, и целовала его, и сказала, почему она пришла к нему, как об этом говорится в Древней Песни о Вёльсунгах:	Helgi var þá at Logafjöllum ok hafði barizt við Hundings sonu. Þar felldi hann þá Álf ok Eyjólf, Hjörvarð ok Hervarð, ok var hann allvígmóðr ok sat undir Arasteini. Þar hitti Sigrún hann ok rann á háls honum ok kyssti hann ok sagði honum erindi sitt, svá sem segir í Völsungakviðu inni fornu:
14	Сигрун пришла к счастливому князю, Хельги она гладила руки и целовала его приветно, конунгу дева тогда полюбилась.	Sótti Sigrún sikling glaðan, heim nam hon Helga hönd at sækja, kyssti ok kvaddi konung und hjálmi; þá varð hilmi hugr á vífi.
15	Сказала ему, что Сигмунда сына она полюбила прежде, чем встретила.	Fyrr lézt hon unna af öllum hug syni Sigmundar en hon sét hafði.
	Сигрун сказала:	Sigrún kvað:
16	«Хёдбродду я в походе обещана, но за другого хотела бы выйти; страшен мне гнев старшего родича: волю отца я не исполнила».	"Var ek Höðbroddi í her föstnuð en jöfur annan eiga vildak; þó sjámk, fylkir, frænda reiði, hefi ek míns föður munráð brotit."
17	Не стала дочь Хёгни кривить душою, сказала, что хочет Хельги любви.	Nam-a Högna mær of hug mæla, hafa kvaðsk hon Helga hylli skyldu.
	Хельги сказал:	Helgi kvað:
18	«Стоит ли гнева Хёгни страшиться или вражды вашего рода! Дева, ты будешь всегда со мною; род твой, прекрасная, мне не страшен».	"Hirð eigi þú Högna reiði né illan hug ættar þinnar. Þú skalt, mær ung, at mér lifa; ætt áttu, in góða, er ek eigi sjámk."
	Хельги собрал тогда большой флот и отправился к Волчьему Камню. Их застигла в море страшная буря. Над ними стали сверкать молнии, и они попадали прямо в корабль. Воины увидели в воздухе девять скачущих валькирий и узнали Сигрун. Тогда буря улеглась, и они в целости добрались до берега.	Helgi samnaði þá miklum skipaher ok fór til Frekasteins, ok fengu í hafi ofviðri mannhætt. Þá kómu leiptr yfir þá ok stóðu geislar í skipin. Þeir sá í loftinu at valkyrjur níu riðu ok kenndu þeir Sigrúnu. Þá lægði storminn ok kómu þeir heilir til lands.
	Сыновья Гранмара сидели на некой горе, когда корабли подплывали к берегу. Гудмунд вскочил на коня и поехал на разведку на гору у гавани. Тогда Вёльсунги убрали паруса.	Granmarssynir sátu á bjargi nokkuru, er skipin sigldu at landi. Guðmundr hljóp á hest ok reið á njósn á bergit við höfnina. Þá hlóðu Völsungar seglum.
	Тут сказал Гудмунд, сын Гранмара:	Þá kvað Guðmundr Granmarsson:
19	«Кто этот конунг, ладьи ведущий? Чей стяг боевой по ветру вьется? Мира то знамя не обещает; отблеск багряный вокруг дружины».	"Hver er skjöldungr sá er skipum stýrir, lætr gunnfana gullinn fyr stafni? Þykkja mér fríð í fararbroddi, verpr vígroða um víkinga.
	Синфьётли сказал:	Sinfjötli kvað:
20	«Хёдбродд может Хельги узнать, храброго в битвах, ладьи ведущего; наследье богатое вашего рода, золото Фьёрсунгов он захватил».	"Hér má Höðbroddr Helga kenna, flótta trauðan í flota miðjum, hann hefir eðli ættar þinnar, arf Fjörsunga, und sik þrungit."
	Гудмунд сказал:	Guðmundr kvað:
21	«Будем сначала у Волчьего Камня палками битвы с врагами спорить! Хёдбродд, пора для мести настала, слишком часто нас побеждали!»	"Því fyrr skulu at Frekasteini sáttir saman um sakar dæma; mál er, Höðbroddr, hefnd at vinna ef vér lægra hlut lengi bárum."
	Синфьётли сказал:	Sinfjötli kvað:
22	«Гудмунд, сперва коз попаси ты, по скалам крутым за ними карабкайся, крепче держи ветку орешника, — милей тебе это, чем сходка мечей!	"Fyrr muntu, Guðmundr, geitr of halda ok bergskorar brattar klífa, hafa þér í hendi heslikylfu. Þat er þér blíðara en brimis dómar.
	Хельги сказал:	Helgi kvað:
23	«Не лучше ли было б тебе, Синфьётли, битву вести орлам на радость, чем попусту речи бросать на ветер, когда вожди ненавидят друг друга.	"Þér er, Sinfjötli, sæmra miklu gunni at heyja ok glaða örnu en ónýtum orðum at bregða, þótt hildingar heiftir deili.
24	Плохи, сдается мне, Гранмара дети, хотя о героях лгать не годится, — они показали при Моинсхеймар, что славно умеют мечами разить».	Þykkja-t mér góðir Granmars synir, þó dugir siklingum satt at mæla, þeir merkt hafa á Móinsheimum, at hug hafa hjörum at bregða; eru hildingar hölzti snjallir.
	Гудмунд поехал домой рассказать о приближающемся войске. Тогда сыновья Гранмара собрали рать. Многие конунги пришли туда. Там был Хёгни, отец Сигрун, и его сыновья Браги и Даг. Произошла большая битва, и все сыновья Гранмара пали и вся их знать. Только Даг, сын Хёгни, получил пощаду и дал клятву Вёльсунгам.	Guðmundr reið heim með hersögu. Þá sömnuðu Granmarssynir her. Kómu þar margir konungar. Þar var Högni, faðir Sigrúnar, ok synir hans, Bragi ok Dagr. Þar var orrusta mikil ok féllu allir Granmarssynir ok allir þeira höfðingjar nema Dagr Högnason fekk grið ok vann eiða Völsungum.
	Сигрун пришла на поле битвы и нашла Хёдбродда умирающего. Она сказала:	Sigrún gekk í valinn ok hitti Höðbrodd at kominn dauða. Hon kvað:
25	«Не будет у Сигрун, девы из Севафьёлль, Хёдбродд-конунг в объятьях покоиться! Часто волкам достаются трупы, — пали сыны Гранмара в битве».	"Mun-a þér Sigrún frá Sefafjöllum Höðbroddr konungr, hníga at armi, liðin er ævi - oft náir hrævi gránstóð gríðar, - Granmars sona."
	Затем она нашла Хельги и очень обрадовалась. Он сказал:	Þá hitti hon Helga ok varð allfegin. Hann kvað:
26	«Тебе не во всем, валькирия, счастье, в иных событьях норны повинны: утром погибли у Волчьего Камня Браги и Хёгни, — я их сразил!	"Er-at þér at öllu, alvitr, gefit, - þó kveð ek nökkvi nornir valda -: fellu í morgun at Frekasteini Bragi ok Högni, varð ek bani þeira.
27	А конунг Старкад пал на Стюрклейвар, сыны же Хроллауга на Хлебьёрг убиты; видел я конунга, в ярости страшного, был обезглавлен, а тело сражалось.	En at Styrkleifum Starkaðr konungr, en at Hlébjörgum Hrollaugs synir. Þann sá ek gylfa grimmúðgastan, er barðisk bolr, var á brott höfuð.
28	Многих родичей смерть настигла, трупы их ныне в землю зарыты; ты не могла битве препятствовать, волей судьбы раздор ты посеяла».	Liggja at jörðu allra flestir niðjar þínir at náum orðnir. Vannt-at-tu vígi, var þér þat skapat at þú at rógi ríkmenni vart."
	Тогда Сигрун заплакала. Он сказал:	Þá grét Sigrún. Hann kvað:
29	«Сигрун, утешься, была ты нам Хильд; судьбы не оспоришь!»	"Huggastu, Sigrún, Hildr hefr þú oss verið; vinna-t skjöldungar sköpum."
	Сигрун сказала:	Sigrún kvað:
	«Оживить бы убитых и в объятиях твоих укрыться бы мне!»	"Lifna mynda ek nú kjósa er liðnir eru, ok knætta ek þér þó í faðmi felask."
	Хельги женился на Сигрун, и у них были сыновья. Хельги не дожил до старости. Даг, сын Хёгни, принес Одину жертву, чтобы тот помог отомстить ему за отца. Один дал Дагу свое копье. Даг встретил Хельги, своего зятя, у рощи, которая называется Фьётурлунд. Он пронзил Хельги копьем. Хельги пал, а Даг поехал в горы и рассказал Сигрун, что произошло:	Helgi fekk Sigrúnar ok áttu þau sonu. Var Helgi eigi gamall. Dagr Högnason blótaði Óðin til föðurhefnda. Óðinn léði Dag geirs síns. Dagr fann Helga, mág sinn, þar sem heitir at Fjöturlundi. Hann lagði í gögnum Helga með geirnum. Þar fell Helgi en Dagr reið til Sefafjalla ok sagði Sigrúnu tíðindi.
30	«Сестра, не хотел бы о горе поведать и слезы твои, сестра, увидеть, — убит поутру под Фьётурлундом герой, меж князьями самый достойный, себе подчинявший воинов смелых».	"Trauður em ek, systir, trega þér at segja, því at ek hefi nauðigr nifti grætta; fell í morgun und Fjöturlundi buðlungr, sá er var beztr í heimi ok hildingum á halsi stóð."
	Сигрун сказала:	Sigrún kvað:
31	«Пускай тебя покарают те клятвы, которые дал ты когда-то Хельги, клялся ты светлой влагой Лейфтра и камнем Унн в холодной росе!	"Þik skyli allir eiðar bíta þeir er Helga hafðir unna at inu ljósa Leiptrar vatni ok at úrsvölum Unnarsteini.
32	Пусть не плывет отныне корабль твой, как бы ни дул ветер попутный! Пусть не бежит конь твой послушно, когда от врагов спасенья ты ищешь!	Skríði-at þat skip er und þér skríði þótt óskabyrr eftir leggisk; renni-a sá marr er und þér renni þóttú fjándr þína forðask eigir.
33	Пусть не разит меч твой в битве, разве что сам ты сражен им будешь! Было бы местью за гибель Хельги, если б ты волком скитался в чаще, нищим и сирым, вечно голодным, разве что трупы тебя б насыщали!»	Bíti-a þér þat sverð er þú bregðir nema sjalfum þér syngvi of höfði. Þá væri þér hefnt Helga dauða ef þú værir vargr á viðum úti, auðs andvani ok alls gamans, hefðir eigi mat nema á hræjum spryngir."
	Даг сказал:	Dagur kvað:
34	«Сестра, ты безумна, затмился твой разум, коль беды зовешь на голову брата! Один повинен в этом несчастье, меж нами руны раздора посеяв.	"Ær ertu, systir, ok örvita er þú brœðr þínum biðr forskapa, einn veldr Óðinn öllu bölvi því at með sifjungum sakrúnar bar.
35	Золото брат тебе предлагает, Вандильсве весь и Вигдалир тоже; половина страны выкупом станет за горе твое и твоих сыновей!»	Þér býðr bróðir bauga rauða, öll Vandilsvé ok Vígdali; hafðu halfan heim harms at gjöldum, brúðr baugvarið ok burir þínir."
	Сигрун сказала:	Sigrún kvað:
36	«Как ни богато живу я в Севафьёлль, жизни не рада ни утром, ни ночью, жду, не блеснет ли войско князя, Вигблер под князем сюда не примчится ли, как бы тогда я конунга встретила!	"Sitk-a ek svo sæl at Sefafjöllum ár né um nætr at ek una lífi nema at liði lofðungs ljóma bregði, renni und vísa Vígblær þinig, gullbitli vanr, knega ek grami fagna.
37	Так убегали в страхе безмерном перед Хельги враги и родичи их, как козы бегут по горным склонам, страхом гонимы, спасаясь от волка.	Svá hafði Helgi hrædda görva fjándr sína alla ok frændr þeira sem fyr ulfi óðar rynni geitr af fjalli geiskafullar.
38	Так возвышался Хельги меж конунгов, как ясень гордый в зарослях терна или олень, росой обрызганный, он из зверей самый высокий, рога его блещут у самого неба!»	Svá bar Helgi af hildingum sem ítrskapaðr askr af þyrni eða sá dýrkalfr döggu slunginn er efri ferr öllum dýrum ok horn glóa við himin sjalfan."
	Холм был насыпан на могиле Хельги. И когда он попал в Вальгаллу, Один предложил ему править всем наравне с ним самим. Хельги сказал:	Haugr var gjörr eftir Helga. En er hann kom til Valhallar þá bauð Óðinn honum öllu at ráða með sér. Helgi kvað:
39	«Хундинг, сначала всем ноги омоешь, огонь разведешь, и привяжешь собак, и свиньям дашь поило, коней попасешь, — тогда только смеешь об отдыхе думать».	"Þú skalt, Hundingr, hverjum manni fótlaug geta ok funa kynda, hunda binda, hesta gæta, gefa svínum soð áðr sofa gangir."
	Служанка Сигрун шла мимо кургана Хельги и увидела, что Хельги со многими людьми подъехал к кургану. Служанка сказала:	Ambótt Sigrúnar gekk um aftan hjá haugi Helga ok sá at Helgi reið til haugsins með marga menn. Ambótt kvað:
40	«Чудится мне, или настал света конец? Мертвые скачут! Что же вы шпорите ваших коней, разве дано вам домой возвратиться?»	"Hvárt eru þat svik ein, er ek sjá þykkjumk, eða ragnarök, - ríða menn dauðir, er jóa yðra oddum keyrið - eða er hildingum heimför gefin?"
	Хельги сказал:	Helgi kvað:
41	«Нет, не почудилось все, что ты видишь, и не настал света конец, хоть мы и шпорим наших коней, но не дано нам домой возвратиться».	"Er-a þat svik ein, er þú sjá þykkisk, né aldar rof þóttú oss lítir, þótt vér jóa óra oddum keyrim, né er hildingum heimför gefin."
	Служанка вернулась домой и сказала Сигрун:	Heim gekk ambótt ok sagði Sigrúnu:
42	«Сигрун, скорее из Севафьёлль выйди, если ты конунга хочешь встретить! Раскрылся курган, Хельги вернулся! Раны сочатся, — просил тебя конунг кровавые капли его осушить».	"Út gakk þú, Sigrún frá Sefafjöllum, ef þik folks jaðar finna lystir, upp er haugr lokinn, kominn er Helgi, dolgspor dreyra, döglingr bað þik at þú sárdropa svefja skyldir."
	Сигрун пошла в курган к Хельги и сказала:	Sigrún gekk í hauginn til Helga ok kvað:
43	«Так радуюсь я встрече с тобою, как рады взалкавшие Одина соколы, что убитых почуяли теплое мясо иль видят рассвет, росою омытые.	"Nú em ek svá fegin fundi okkrum sem átfrekir Óðins haukar er val vitu, varmar bráðir, eða dögglitir dagsbrún sjá.
44	Сперва поцелую конунга мертвого, а ты сними доспех окровавленный; иней покрыл волосы Хельги, смерти роса на теле конунга, руки как лед у зятя Хёгни; как мне, конунг, тебя исцелить?»	Fyrr vil ek kyssa konung ólifðan en þú blóðugri brynju kastir, hár er þitt, Helgi, hélu þrungit, allr er vísi valdögg sleginn, hendr úrsvalar Högna mági; hvé skal ek þér, buðlungr, þess bót um vinna?"
	Хельги сказал:	Helgi kvað:
45	«Ты в том повинна, Сигрун из Севафьёлль, что Хельги обрызган горя росою: слезы ты льешь, убрана золотом, с юга пришедшая, солнечноясная; падают слезы на князя кровавые, жгут его грудь, горем насыщены.	"Ein veldr þú, Sigrún frá Sefafjöllum, er Helgi er harmdögg sleginn; grætr þú, gullvarið, grimmum tárum, sólbjört, suðræn, áðr sofa gangir. Hvert fellr blóðugt á brjóst grami, úrsvalt, innfjalgt, ekka þrungit.
46	Будем мы пить драгоценный напиток, хоть счастье и земли мы потеряли! Не запевайте горести песен, видя мои кровавые раны! Отныне в кургане со мною, убитым, знатная дева вместе пребудет!»	Vel skulum drekka dýrar veigar, þótt misst hafim munar ok landa; skal engi maðr angrljóð kveða þótt mér á brjósti benjar líti, nú eru brúðir byrgðar í haugi, lofða dísir hjá oss liðnum."
	Сигрун постелила постель в кургане:	Sigrún bjó sæing í hauginum.
47	«Здесь тебе, Хельги, ложе готово, — радости ложе, Ильвингов родич; в объятьях твоих уснуть бы хотела, как с конунгом я живым уснула б!»	"Hér hefi ek þér, Helgi, hvílu görva angrlausa mjök, Ylfinga niðr, vil ek þér í faðmi, fylkir, sofna sem ek lofðungi lifnum myndak."
	Хельги сказал:	Helgi kvað:
48	«Ныне нет ничего, ни поздно, ни рано, что невозможным в Севафьёлль было б, если в объятьях мертвого спишь, в кургане его, Сигрун, дочь Хёгни, ты, живая, рожденная конунгом!	"Nú kveð ek enskis örvænt vera síð né snimma at Sefafjöllum er þú á armi ólifðum sefr, hvít, í haugi, Högna dóttir, ok ertu kvik in konungborna.
49	Ехать пора мне по алой дороге, на бледном коне по воздушной тропе; путь мой направлю на запад от неба, прежде чем Сальгофнир героев разбудит».	Mál er mér at ríða roðnar brautir, láta fölvan jó flugstíg troða; skal ek fyr vestan vindhjalms brúar áðr Salgófnir sigrþjóð veki."
	Хельги и его воины ускакали, а Сигрун со служанкой вернулась домой. На следующий вечер Сигрун велела служанке стоять на страже у кургана. И в сумерки, когда Сигрун пришла к кургану, она сказала:	Þeir Helgi riðu leið sína, en þær fóru heim til bæjar. Annan aftan lét Sigrún ambótt halda vörð á hauginum. En at dagsetri er Sigrún kom til haugsins, hon kvað:
50	«Если б приехать сюда собирался Сигмунда сын из дома Одина! Нет, не приедет, померкла надежда, если орлы на ясень садятся, а люди идут на тинг сновидений».	"Kominn væri nú ef koma hygði Sigmundar burr frá sölum Óðins; kveð ek grams þinig grænask vánir er á asklimum ernir sitja ok drífr drótt öll draumþinga til."
	Служанка сказала:	Ambátt kvað:
51	«Не будь безумной, одна не ходи ты, конунга дочь, в мертвых жилище! Ночью сильней становятся все мертвые воины, чем днем при солнце».	"Vertu eigi svá ær at ein farir, dís skjöldunga, draughúsa til; verða öflgari allir á nóttum dauðir dolgar, mær, en um daga ljósa."
	Сигрун вскоре умерла от скорби и печали.	Sigrún varð skammlíf af harmi ok trega.
	В древнее время верили, что люди рождаются вновь, но теперь это считают бабьими сказками. Говорят, что Хельги и Сигрун родились вновь. Он звался тогда Хельги Хаддингьяскати, а она — Кара, дочь Хальвдана, как об этом рассказывается в Песни о Каре. Она была валькирией.	Þat var trúa í forneskju at menn væri endrbornir en þat er nú kölluð kerlingavilla. Helgi ok Sigrún er kallat at væri endrborin. Hét hann þá Helgi Haddingjaskati en hon Kára Hálfdanardóttir, svá sem kveðit er í Káruljóðum, ok var hon valkyrja.

Примечания

Песнь состоит из нескольких частей, связанных прозой. Выделяется своей законченностью конец песни (строфы 30–51) — смерть и возвращение Хельги с того света на свиданье с Сигрун. Мотив возвращения мертвого к своей возлюбленной, широко представленный в народных балладах и сказках, трактован здесь с эмоциональной силой, единственной в эддической поэзии. Различные части этой песни датируются различно.

В издании С. Бюгге строфы 19–24 были переставлены после строфы 29, т.е. Бюгге переставил перебранку между Гудмундом и Синфьётли на то место, где она по смыслу должна стоять.

Вёльсунги и Ильвинги — первоначально эти родовые названия не были тождественны: Вёльсунги — южногерманский род, Ильвинги — датский.

1. …какого мужа убили воины. — Речь идет, по-видимому, об отце Хельги, и, следовательно, в этом фрагменте представлена та форма сказания, в которой Хельги еще не сводный брат Сигурда и в которой он мстит Хундингу за убийство отца (не Сигмунда!).

Серый волк — Хельги, поскольку он Ильвинг (буквально — «волчонок»).

…Хундинг думал — то Хамаль. — Хельги выдал себя за Хамаля, сына своего воспитателя.

3. Зерна молоть — занятие рабынь.

…там они порезали скот… — Во время викингских походов принято было сгонять захваченный скот к берегу и там его резать.

Свава — героиня «Песни о Хельги Сыне Хьёрварда».

6. Хамаль — так Хельги в шутку называет себя.

Хлесей — остров Лесё в Каттегате. Одно из немногих вполне конкретных географических названий в песнях о Хельги.

7. Гусята валькирий — вороны.

8. …медведей убил я… — т. е. воинов. Хельги говорит о совершенном им подвиге иносказательно, уклончиво.

Древняя песнь о Вёльсунгах. — Это название относится, по-видимому, к строфам 14–18. Но неясно, действительно ли эта часть песни древнее других ее частей.

…в Песни о Хельги. — См. «Первую Песнь о Хельги Убийце Хундинга», строфы 20 след.

…и это тоже уже было написано. — См. «Первую Песнь о Хельги Убийце Хундинга», строфы 34 след., и ср. ниже строфы 20 след.

…дал клятву Вёльсунгам. — Он дал клятву в том, что отказывается от кровной мести за отца.

29. …была ты нам Хильд. — Хильд — героиня сказания о Хьяднингах, которая тоже была причиной распри между ее отцом и ее возлюбленным (но буквально Хильд — «битва», а также имя одной из валькирий). Каждой ночью, после дневного боя, Хильд оживляла своих воинов, павших в бою, и Сигрун в своем ответе намекает на это. Имя Хёгни, отца Сигрун, тоже из сказания о Хьяднингах.

21. Палка битвы — меч.

Фьётурлунд — «роща оков». Считается, что в этом названии сохранилась память о священной роще семнонов, в которую, по словам Тацита, нельзя было входить иначе как в оковах.

31. …клятвы, которые дал ты когда-то Хельги… — т. е. клятвы в том, что он отказывается от кровной мести за отца.

Лейфтр — река в Хель.

Унн — одна из дочерей морского великана Эгира. Буквально — «волна».

33. Указывалось, что эта клятва очень похожа на клятву в договоре князя Игоря с византийским императором: «да не ущитятся щиты своими, и да посечены будуть мечи своими» и «Аще ли же кто… преступить се, …будеть достоин своим оружьем умрети» («Повесть временных лет», т. 1. М. — Л., 1950, с. 35 и 39).

43. Соколы Одина — вороны.

44. Роса смерти — кровь.

45. Роса горя — слезы.

49. Алая дорога — окрашенное утренней зарей небо.

Бледный конь — в поверьях — предвестник смерти.

Сальгофнир — петух в Вальгалле, который будит утром обитающих там героев — эйнхериев.

50. …идут на тинг сновидений — ложатся спать.

Песнь о Каре. — Эта песнь не сохранилась, но пересказ ее содержания есть в исландских римах XVI в.

Вторая Песнь о Хельги убийце Хундинга

Helgakviða Hundingsbana önnur(Völsungakviða in forna)

О Вёльсунгах

Frá völsungum

Примечания

Helgakviða Hundingsbana önnur
(Völsungakviða in forna)