Сага о христианстве

Kristni saga

1. О Торвальде Путешественнике и епископе Фридреке

Рассказ о том, как в Исландию пришло христианство, начинается с того, что одного человека звали Торвальд сын Кодрана, и был он племянником Атли Сильного. Кодран и Атли были сыновьями Эйльва Орла сына Барда с Рукава, сына Кетиля Лисицы, сына Скиди Старого. Кодран жил на Ущельной Реке в Озёрной Долине и слыл человеком знаменитым. Торвальд, его сын, уехал из страны и поначалу воевал, а всю получаемую им долю тратил на выкуп захваченных людей, оставляя себе только на еду. Этим он прославился, и все его любили.

Торвальд объехал все Южные Земли1. На юге Саксланда он посетил епископа, которого звали Фридрек, принял от него крещение и правильную веру и некоторое время жил у него. Торвальд попросил епископа поехать с ним в Исландию и крестить его отца, мать и остальных родичей, которые последуют его совету. Епископ выполнил его просьбу.

Епископ Фридрек и Торвальд прибыли в Исландию в то лето, когда страна была заселена 107 зим2. Тогда законоговорителем был Торкель Луна, а вот кто были тогда самые главные хёвдинги3 в стране.

На севере: Эйольв сын Вальгерд, Глум Убийца, Арнор Старушечий Нос, Торвард сын Мудрого Бёдвара, Старри с братьями из Долин Богов, Торкель Разгребала в Озёрной Долине. На западе: Ари сын Мара, Асгейр сын Кнётта, Эйольв Серый, Гест Мудрый, Олав Павлин, Стюр Убийца, Снорри Годи, которому было 18 зим и который поселился на Священной Горе, Торстейн сын Эгиля и Иллуги Рыжий. На юге: Торкель Луна, Тородд Годи, Гицур Белый, Асгрим сын Ладейного Грима, Хьяльти сын Скегги, Вальгард из Капища, Рунольв сын Ульва и сыновья Эрнольва из Лесов. На востоке: сыновья Торда Годи Фрейра, Халль с Побережья, Хельги сын Асбьёрна, Бьярни Убийца и Гейтир4.

Как рассказывают, епископ и Торвальд путешествовали по Северной Четверти, и Торвальд беседовал с людьми о вере, потому что епископ не понимал северного языка. А Торвальд храбро рассказывал о деле бога, но большинство людей мало внимали этим словам. Веру приняли Энунд Христианин, сын Торгильса из Долины Дымов сына Греньяда, Хленни Старый, сын Орма Карман на Спине, и Торвард сын Мудрого Бёдвара с Гребня в Долине Хьяльти, а Эйольв сын Вальгерд принял неполное крещение5.

2. О проповеди Торвальда и епископа

Первую зиму епископ и Торвальд жили на Ущельной Реке у Кодрана, с ними было тринадцать человек. Торвальд попросил своего отца креститься, но тот не спешил с этим.

На Ущельной Реке стоял камень, который почитали в этой семье, они говорили, что в нём живёт их попечитель6. Кодран заявил, что не будет креститься, пока не узнает, кто могущественнее, епископ или попечитель из камня.

После этого епископ отправился к камню и пел над ним, пока камень не раскололся. Тогда Кодран понял, что попечитель побеждён. Затем Кодран и все его домочадцы крестились, кроме Орма, его сына, который не захотел принимать веру. Он отправился на юг в Городищенский Фьорд и купил землю на Дягилевой Косе.

Орм женился на Торвёр, дочери Эцура и Беры дочери Эгиля, сына Лысого Грима. Их дочерью была Ингвильд, которую взял в жёны Хермунд сын Иллуги. Позднее Орм женился на Гейрлауг, дочери Стейнмода из Глубокой Долины. Их дочерью была Бера, на которой женился Скули сын Торстейна.

Епископ и Торвальд завели хозяйство на Слиянии Ручьёв в Лозняковой Долине и жили там четыре зимы. Они много путешествовали по Исландии, проповедуя веру.

Епископ и Торвальд были на осеннем празднике в Озёрной Долине на Ущельной Реке у Олава. Туда пришёл Торкель Разгребала и многие другие люди. Явились туда и двое берсерков, обоих звали Хауками. Они притесняли народ, выли и ходили по огню. Тогда люди попросили епископа, чтобы тот истребил их. Епископ освятил огонь, по которому берсерки ходили, и они сильно обгорели. Затем люди подошли к ним и убили, а тела отнесли на гору возле одного ущелья. С тех пор оно называется Ущельем Хауков. После этого Торкель Разгребала принял неполное крещение, а многие, кто присутствовал при этом событии, крестились.

Торвальд и епископ отправились проповедовать веру в Четверть Западных Фьордов. Во время альтинга они пришли в Лощину к Торарину Жеребячий Лоб, он был тогда на тинге, а дома были Фридгерд, его жена, и их сын Скегги. Торвальд разговаривал там с людьми о вере, а Фридгерд тем временем находилась в капище и приносила жертвы, и каждый слышал слова другого, а мальчик Скегги смеялся над ними. Тогда Торвальд сказал:

Пришёл с драгоценной вестью.
Никто не стал меня слушать.
Мальчишка жреческий высмеял,
кропильщик жертвенных прутьев.
Но без ума кричала
старуха супротив скальда —
бог ещё скрутит жрицу —
над алтарём языческим7.

После таких слов, насколько известно, люди в Четверти Западных Фьордов не стали креститься, но в Северной Четверти многие отказались от жертвоприношений и разломали своих идолов, а некоторые не захотели платить капищный сбор.

3. О церкви Торварда сына Мудрого Бёдвара

Торвард, сын Мудрого Бёдвара, велел построить церковь на своём хуторе на Гребне. Это очень не понравилось людям, которые были язычниками.

Одного человека звали Клауви, сын Торвальда сына Рева с Края. Он был хёвдингом. Ему весьма не по душе пришлось то, что сделал Торвард. Он отправился к Арнгейру, брату Торварда, и предложил ему на выбор: или сжечь церковь, или убить священника, которого прислал туда епископ.

Тогда Арнгейр отвечает:

— Я отговариваю всех своих друзей причинять священнику вред, ибо мой брат жестоко отомстит и за меньшую обиду. Но я считаю разумным сжечь церковь, хоть сам ни во что не хочу вмешиваться.

Вскоре после этого Клауви отправился ночью поджигать церковь. Всего их пошло десятеро. А когда они пришли на церковный двор, им почудилось, будто из всех окон церкви вырывается огонь, и они отправились прочь, ибо вся церковь показалась им объятой пламенем.

Узнав, что церковь не сгорела, Клауви отправился туда с Арнгейром на вторую ночь с намерением её сжечь. А когда они вломились в церковь, он разжёг костёр из сухой карликовой берёзы. Огонь разгорался медленно. Тогда он улёгся и начал раздувать его через порог. Тут в пол у него над головой воткнулась стрела, а вторая — между рубашкой и его боком. Он вскочил и сказал, что третьей ждать не будет. Тогда и Арнгейр вернулся домой.

А эта церковь была построена за шестнадцать зим до того, как христианство приняли по закону в Исландии, и она стояла, когда на Холмах жил епископ Ботольв, и была построена не из чего иного, как из торфа.

4. Торвальд и епископ покидают страну

Епископ Фридрек и Торвальд отправились на тинг, и епископ попросил Торвальда поговорить о вере с людьми у Скалы Закона так, чтобы он поприсутствовал, а Торвальд говорил.

Тогда ему отвечал многими и злыми словами знатный муж, Хедин с Хладного Края на Островном Фьорде. Хедин был сыном Торбьёрна сына Скаги. Он женился на Рагнхейд, падчерице и племяннице Эйольва сына Вальгерд. Они попросили скальда сочинить нид о Торвальде и епископе. В нём говорилось:

Девять детей
понёс епископ,
всем им
отец Торвальд.

За этот нид Торвальд убил двоих людей. Епископ спросил, почему он сделал это.

— Они говорили, что у нас с вами дети.

Епископ отвечает:

— Они оболгали нас, но ты неправильно истолковал их дурные слова, ибо я вполне могу понести на себе твоих детей8.

Когда же Торвальд и епископ захотели поехать на тинг Цаплиного Мыса, язычники вышли им навстречу и так побили их камнями, что они не смогли идти дальше. После этого люди осудили их по языческим законам.

А следующим летом на альтинге хёвдинги собрали людей и с двумя сотнями поскакали, намереваясь сжечь епископа с Торвальдом в их доме. Они остановились попасти своих лошадей, прежде чем приехать на хутор у Слияния Ручьёв. А когда они снова садились в сёдла, над ними пролетели птицы. От этого их кони испугались, и люди попадали из сёдел. Некоторые сломали руки, а некоторые — ноги или поранились о своё оружие, от некоторых убежали лошади, и с тем они воротились домой.

Об этой вооружённой вылазке епископ и Торвальд узнали лишь впоследствии. Тогда они уже три зимы жили на Слиянии Ручьёв. Потом они прожили там ещё одну зиму и затем уехали из страны.

Приплыв в Норвегию, они стали на якорь в одной гавани. Тогда же в эту гавань прибыл и Хедин из Исландии и тотчас отправился в лес рубить деревья. Проведав об этом, Торвальд пошёл со своим рабом и убил его там. А когда об этом узнал епископ, то сказал, что их товарищество прерывается из-за его мстительности.

Епископ отправился тогда на юг в Саксланд и там умер, и он, без сомнения, был святым. Торвальд же сперва провёл некоторое время в торговых поездках.

5. О священнике Тангбранде

В дни конунга Харальда сына Горма9 епископ Альберт из Бримара прибыл в Арос в Йотланде и занял там кафедру. Тангбрандом звали его ученика, он был сыном графа Вильбальдуса из Бримара10.

Когда Тангбранд вырос, епископ Хугберт из Кантараборга11 пригласил Альберта, своего брата, к себе. На этом пиру Хугберт вручил подарки Альберту и всем его спутникам.

Епископ сказал тогда Тангбранду:

— У тебя манеры рыцаря, поэтому я дарю тебе щит, отмеченный крестом с образом нашего господа. Это обозначит твою учёность.

Вскоре после этого Тангбранд встретил Олава сына Трюггви12 в Виндланде13.

Олав спросил:

— Кого это вы, христиане, на кресте мучимого, почитаете?

Тангбранд отвечает:

— Нашего господа, Иисуса Христа.

Конунг спрашивает:

— За что его пытали? В чём его вина?

Тангбранд подробно рассказал конунгу Олаву о мучениях нашего господа и о чуде креста. Тогда конунг попросил продать щит, и Тангбранд дал ему его, а конунг возместил ему стоимость щита чистым серебром и сказал:

— Если тебе понадобится какая-нибудь помощь или поддержка в нужде, приходи ко мне, и тогда я вознагражу тебя за щит.

Спустя некоторое время конунг Олав крестился на Сюллингаре14 в Ирландии.

Тангбранд купил за серебро красивую ирландскую девушку, но когда он пришёл вместе с ней домой, человек, которого кесарь Отто Младший15 прислал туда заложником, захотел забрать у него девушку, а Тангбранд не пожелал её отпускать. Заложник был великим воином и вызвал Тангбранда на бой, но Тангбранд одержал победу и убил его. Поэтому Тангбранд не мог оставаться в Дании и отправился к конунгу Олаву сыну Трюггви. Тот хорошо принял его. Там Тангбранд был рукоположен в священники, и некоторое время он был придворным священником конунга.

6. Проповедь Стевнира сына Торгильса

Из Ирландии конунг Олав отправился на восток в Хольмгард16, а из Хольмгарда в Норвегию, как написано в саге о нём, и проповедовал там христианство для всего народа.

Он приказал построить первую церковь на острове, который называется Мостр. На этом острове он велел Тангбранду служить мессу и дал ему двор и земли. Тангбранд был очень расточительный и щедрый человек, и вскоре у него кончились деньги. Тогда он раздобыл боевой корабль и начал разорять язычников, грабил повсюду и раздавал эти деньги своим людям.

Конунг Олав прибыл в Норвегию в начале месяца гои17. С ним было много исландцев.

Одного из них звали Стевнир. Он был сыном Торгильса сына Эйлива, сына Хельги Бьолы с Килевого Мыса. Конунг Олав послал Стевнира в Исландию в первое же лето, когда пришёл в Норвегию, чтобы проповедовать там о боге.

А когда тот явился в Исландию, то люди плохо приняли его, и хуже всех — его родичи, потому что тогда все жители страны были язычники. Он смело разъезжал как на севере, так и на юге и учил народ правильной вере, но мало кто поддавался его проповедям.

Увидев, что дело не продвигается, он начал рушить капища и языческие святыни и ломать идолов. Тогда язычники собрали людей, и он был вынужден перебраться на Килевой Мыс и жить там у своих родичей.

Его корабль стоял вытащенным на берег в устье Реки Пара. Зимой его вынесло в открытое море из-за сильной бури и поднявшегося уровня воды. Об этом язычники сказали так:

Теперь сокол штевня Стевнира —
поток тёк сквозь полость судна —
ветром внезапным с гор
украденный, весь разрушен.
Уверены мы, что вызван —
боги пребудут в странах,
река подо льдом свирепа —
сей грохот силою аса18.

Корабль прибило к берегу, он был немного повреждён, и весной Стевнир занялся его починкой.

Тем летом на альтинге был принят закон, по которому родичи христиан должны привлекаться к суду за богохульство, от двоюродных братьев и до троюродных.

Тем же летом Стевниру предъявили обвинение в исповедовании христианства. Эту тяжбу начали его родичи, потому что христиане считались тогда позором для своей родни. Сыновья Освивра Мудрого, Торольв и Аскель, Вандрад и Торрад, обвинили его, но Оспак не захотел принимать в этом никакого участия, а Стевнир сказал:

— Мне не будет вреда от признания меня виновным, но из-за этой тяжбы с вами через несколько зим случится большое несчастье.

Летом Стевнир покинул страну, и конунг Олав хорошо принял его.

7. Проповедь Тангбранда

Когда конунг Олав узнал о волнениях, которые учинил Тангбранд, то вызвал его к себе, предъявил обвинение и сказал, что тот не будет у него на службе, раз он разбойник. Тангбранд попросил конунга поручить ему какое-нибудь трудное путешествие.

Конунг сказал:

— Мы помиримся, если ты отправишься в Исландию и сможешь покрестить эту страну.

Тангбранд сказал:

— Я отважусь на это.

Тем летом Тангбранд отправился в Исландию. Он пришёл в Тюленью Бухту в Северном Лебедином Фьорде, севернее Песцового Мыса. А когда жители страны узнали, что Тангбранд и его люди — христиане, то не захотели ни говорить с ними, ни показывать им гавань.

Тогда у Реки жил Халль с Побережья. Он ездил в Речную Долину, а когда вернулся домой, Тангбранд встретился с ним и сказал, что конунг Олав послал его к Халлю, если он придёт в Восточные Фьорды, и попросил его показать им гавань и оказать иную помощь, в какой они нуждались. Халль велел им плыть к Южному Лебединому Фьорду в Глинистую Бухту и поставить корабль у берега в месте, которое сейчас называется Сараем Тангбранда. Халль же перевёз груз с корабля на своё поле и разбил там палатку, в которой жили Тангбранд и его люди. Там Тангбранд служил мессу.

За день до Михайлова дня19 в три часа пополудни Тангбранд и его люди начали готовиться к празднику.

Халль тогда был в палатке. Он спросил:

— Почему вы прекратили работу?

Тангбранд говорит:

— Завтра праздник архангела Михаила.

Халль спросил:

— Какое у него предназначение?

Тангбранд ответил:

— Он поставлен затем, чтобы встречать души христиан.

Затем Тангбранд много рассказывал о славе божьих ангелов.

Халль сказал:

— Могуч тот, кому служат эти ангелы.

Тангбранд говорит:

— Бог даёт тебе понимание этого.

Вечером Халль сказал своим домочадцам:

— Завтра Тангбранд и его люди отмечают праздник своего бога, и я хочу, чтобы вы извлекли из этого пользу. Завтра вы не будете работать, и мы пойдём смотреть на обряды христиан.

Утром Тангбранд провёл в своей палатке богослужение, а Халль и его домочадцы пришли смотреть на их обряды, услышали колокольный звон, почувствовали благоухание ладана и увидели людей, наряжённых в дорогие ткани и пурпур.

Халль спросил своих домочадцев, понравились ли им обряды христиан, те же выразили своё одобрение. В субботу перед Пасхой Халль и все его домочадцы крестились в реке неподалёку. С тех пор она называется Купальной Рекой.

Летом Тангбранд с Халлем поскакали на альтинг, а когда они явились в Лесные Дворы, язычники договорились с человеком, которого звали Хедин Колдун, чтобы тот обрушил землю под Тангбрандом.

В тот день, когда они выехали с Церковного Двора от Сурта сына Асбьёрна, сына Кетиля Глупого, — все его предки с отцовской стороны были крещённые, — конь Тангбранда провалился под землю, но он соскочил с седла и остался на краю провала невредимым.

Тангбранд крестил много людей в этой поездке: Гицура Белого, Халля из Ястребиной Долины — ему тогда было три зимы, — и Хьяльти сына Скегги.

На тинге Тангбранд смело проповедовал о боге, и тогда веру приняли многие люди в Южной Четверти и в Северной Четверти.

После тинга он направился на восток к Островному Фьорду. Он крестил много людей в Тангбрандовом Ручье во Фьорде Топора и в Комарином Озере в Заводи Тангбранда, но у него не получилось продвинуться дальше Дрожащей Реки из-за власти людей Островного Фьорда. Тогда он вернулся на Восточные Фьорды и учил вере там.

Оттуда Тангбранд отправился на запад южным путём.

8. Убийства Тангбранда и его отъезд

Когда Тангбранд учил вере людей в Исландии, многие принялись хулить его. Так сделал Торвальд Хворый, который жил в Заливе на Гримовом Мысе. Он сочинил вису о Тангбранде и прочитал её Ульву Скальду:

Игг овчины Эндиля
просьбу посылает —
мне властитель стали
не отвратен
— Ульву:
из шумной норы Гейтира
волка б женовидного,
что богов поносит,
выгнал, мы ж — другого20.

В ответ Ульв сказал:

Не возьму в теснину —
старый друг хоть просит
зубов баклана быстрого —
священной бухты Харбарда.
Злые слухи ходят,
погонщик коня реи,
предвижу вред великий,
не сглотну я мухи21.

Ветрлиди Скальд сочинил нид о Тангбранде, как и многие другие. Когда Танбранд и его спутники пришли на запад на Речной Склон, — а с ним был Гудлейв сын Ари с Холмов Дымов, — они узнали, что Ветрлиди Скальд нарезает со своими работниками торф. Тангбранд и его люди пошли туда и убили его. Так говорили о Гудлейве:

Ненавистника ржи — шёл к югу
страны щитов испытатель —
ложа Бальдра — в молитвы
кузню — сдержать орудьем победы.
Велел испытатель веры
смелый смертельному молоту
земли звучать в наковальню
битвы Ветрлиди Скальду22.

Оттуда они отправились на запад на Гримов Мыс, нашли Торвальда Хворого на Конском Ручье и убили его. Затем они вернулись и вторую зиму жили у Халля, а весной Тангбранд снарядил свой корабль.

Тем летом Тангбранда за эти убийства объявили вне закона. Он вышел в море, но его отнесло к Городищенскому Фьорду в Реку Хит. Теперь это место, что ниже Корабельной Заводи, зовётся Сараем Тангбранда, и там на скале до сих пор стоит его причальный камень. А когда они явились туда, местные жители на собрании запретили им все сделки. Тангбранд пришёл на Крестовый Холм, отслужил мессу и воздвиг там крест.

Колем звали человека, который жил на Излучине Ручья. У него было так много съестных припасов, что он едва ли знал, что с ними делать. Тангбранд отправился туда и попросил продать ему еды, но тот продавать ничего не захотел. Они взяли продукты и оставили за них плату.

Коль спустился на Мыс Хит и пожаловался Скеггбьёрну, который жил там. Тот отправился вместе с Колем к Тангбранду и попросил его вернуть награбленное и уплатить возмещение, но Тангбранд наотрез отказался. Они бились на луге ниже Каменного Холма. Там погибли Скеггбьёрн и восемь других людей. На этом лугу есть курган Скеггбьёрна, остальных же похоронили в Холме Земного Драуга23 рядом с лугом, и этот могильный холм ещё хорошо там виден. У Тангбранда погибло двое людей.

А когда Гицур Белый узнал эту новость, он пригласил Тангбранда к себе, и третью зиму тот прожил там.

Той зимою корабль Тангбранда из Реки Хит унесло приливом, сильно разбило и выбросило на берег южнее Телячьего Ручья. Об этом Стейнунн, мать Рева Скальда, сочинила такое:

Тор сорвал Тангбрандова
с места зверя Твинниля,
тряханул гнедого, приложил
о берег, расколол форштевень.
Лыже земли Аталя
в море впредь не плавать,
буря, верно, Торова,
раздробила в щепки24.

Разбил стражу колокола —
боги гнали с берега —
тролльши чад убийца
зубра ясель чаек.
Не помог Христос — нахлебался
кнорр — весла железноногу.
Видно, не присматривал
бог за оленем Гюльви25.

Весной Тангбранд отправился на запад на Крутое Побережье к Гесту Мудрому. Там норвежский берсерк вызвал его на поединок. Тангбранд согласился.

Берсерк сказал:

— Ты не посмеешь биться со мной, если увидишь мои умения. Я хожу босыми ногами по пылающему огню и падаю обнажённым на острие моего тесака, и мне ничто не вредит.

Тангбранд ответил:

— Это решать богу.

Тангбранд освятил огонь и перекрестил тесак. Берсерк обжёг ноги, когда пошёл по огню, а когда упал на тесак, тот проткнул его, и он от этого умер. Многие добрые люди, хотя и были язычниками, обрадовались случившемуся. Тогда Гест и некоторые его друзья приняли неполное крещение.

Тангбранд вернулся с запада и починил свой корабль. Он называл его «Железный Короб». Он поплыл на юг через фьорд к Гавани, стал в заливе на якорь и оставался там до отплытия за море. С тех пор это место между Гаванью и Рощей Шкуры называется Мысом Железного Короба. Летом он уплыл к конунгу Олаву в Трандхейм.

9. Хьяльти объявляют вне закона, и он уезжает из страны

Летом на тинге были большие прения о вере, которую проповедовал Тангбранд. Некоторые люди сильно богохульствовали, а те, кто был крещён, порочили языческих богов, и потому начались великие раздоры. Тогда Хьяльти сын Скегги прочитал у Скалы Закона этот стишок:

Уж, верно, не сробею
назвать сукой Фрейю.

За этот стишок Рунольв Годи, сын Ульва сына Ёрунда Годи, обвинил Хьяльти в богохульстве. Тем он показал больше свои власть и упрямство, чем справедливость, потому что он не смог вынести приговор, а засел на Мосту Реки Топора и велел оборонять оба конца моста с оружием. Никто не брался подытожить дело, прежде чем Торбьёрн, сын Торкеля из Долин Богов, не присоединился к суду и не сделал этого. На этом суде Хьяльти был приговорён к изгнанию за богохульство.

Тем летом он покинул страну на корабле, который построил дома в Долине Бычьей Реки. По Западной Кривой Реке он провёл корабль к морю. Когда они спускались по реке, по берегу бежал человек с копьём в руке и со щитом.

Хьяльти сказал ему:

— У тебя пучок соломы там, где должно быть сердце.

Тот метнул копьё в Хьяльти, но Хьяльти схватил щит, и копьё попало в него. Люди Хьяльти выскочили на берег, поймали этого человека и спросили, кто он такой. Он сказал, что его зовут Нарви, что Рунольв послал его за головой Хьяльти, и что так он должен был избавиться от приговора.

Хьяльти сказал:

— Я могу дать тебе совет получше. Плыви со мной за море, и я добьюсь твоего оправдания.

Хьяльти покинул страну и осенью пришёл на север в Трандхейм к конунгу Олаву. Тогда же из Исландии приплыл и Гицур Белый, его свойственник.

10. Гицур и Хьяльти берутся за проповедь

Конунг Олав окрестил Халогаланд, и осенью пришёл в Нидарос. Там тогда было много исландцев, которые владели кораблями. Кьяртан сын Олава Павлина, Кальв сын Асгейра и Болли сын Торлейка правили одним кораблём. Там также правил своим кораблём Халльдор, сын Гудмунда Могучего, Кольбейн, сын Торда Годи Фрейра, Свертинг, сын Рунольва Годи, Халльфред сын Оттара и Торарин сын Невьольва. Все они были язычники. Они стали на якорь перед городом и собрались плыть на юг вдоль берега, но им не было попутного ветра, пока конунг не пришёл с севера.

В один прекрасный день люди из города отправились купаться, и те, кто был на кораблях, увидели, что один человек плавает гораздо лучше остальных.

Болли сын Торлейка сказал Кьяртану, своему родичу:

— Почему ты не померяешься силами в плавании с этим умельцем?

Кьяртан сказал:

— Я не хочу с ним состязаться.

— Куда делось твоё рвение? — сказал Болли и сбросил одежду.

Тогда Кьяртан вскочил, разделся и попросил Болли утихомириться. Кьяртан прыгнул в воду, подплыл к этому человеку, погрузил его под воду и некоторое время удерживал там. После этого они всплыли, и Кьяртан утянул его под воду во второй раз. Когда же Кьяртан хотел всплыть, незнакомец схватил его и некоторое время сам удерживал под водой. В третий раз он погрузил Кьяртана под воду и так долго держал его под водой, что тот начал задыхаться.

Тогда они выбрались на берег, и этот человек спросил Кьяртана, знает ли он, с кем состязался в плавании. Тот ответил, что не знает. Незнакомец дал Кьяртану алый плащ и сказал, что теперь-то он должен узнать, с кем состязался. Кьяртан понял, что этот человек был конунгом Олавом. Он поблагодарил его за достойный дар. Язычники же выразили неодобрение, что Кьяртан принял от конунга подарки.

В Михайлов день многие исландцы пошли послушать богослужение и посмотреть обычаи христиан, и когда они вернулись, то заговорили между собой о том, понравились ли им их обряды. Кьяртан одобрил увиденное, но остальные — не очень. Конунг скоро узнал об этом, послал за Кьяртаном и спросил, хочет ли он принять христианство. Кьяртан ответил, что тот может сделать так, чтобы он не отказался от этого.

Конунг спросил, о чём он говорит.

— Дайте мне здесь не меньше почестей, чем я ожидал бы в Исландии, даже если не вернусь туда.

Конунг согласился. Тогда Кьяртан крестился и присутствовал на пиру конунга, пока был в белых одеждах26.

В это время из Исландии к конунгу явился священник Тангбранд, поведал, какую вражду выказали ему люди, и сказал, что нет никакой надежды, что там признают христианство. Тогда конунг так разгневался, что велел схватить множество исландцев и посадить в оковы, обещая некоторым казнь, а некоторым — пытки, а некоторые были ограблены. Конунг сказал, что он отплатит им за то, что их отцы в Исландии так пренебрежительно отнеслись к его поручению.

Хьяльти и Гицур вступились тогда за людей, сказав, что сам конунг говорил: что бы люди ни сделали прежде, если они захотят креститься, то их должно простить.

Гицур доводился конунгу родичем. Алёв, его мать, была дочерью херсира Бёдвара сына Викингского Кари, а Астрид, мать конунга Олава, была дочерью Эйрика, брата Бёдвара.

Гицур сказал, что ему кажется возможным, что в Исландии признают христианство, если действовать разумно:

— Но Тангбранд вёл себя там, как и здесь, весьма немудро, он убил кого-то, и людям показалось трудным принять такое от иноземца.

Конунг Олав говорит:

— Всех людей отпустят с миром, если вы с Хьяльти возглавите то, чтобы в Исландии признали христианство. Я же оставлю в заложниках тех, кто кажется мне самыми образованными из исландцев, до тех пор, пока не станет ясно, как пойдёт это дело.

Для этого конунг назвал Кьяртана сына Олава, Халльдора, сына Гудмунда Могучего, Кольбейна, сына Торда Годи Фрейра, брата Флоси Поджигателя, и Свертинга, сына Рунольва Годи27.

Когда упомянули Свертинга, какой-то человек сказал:

— Свертинг недостоин того, чтобы Хьяльти заступался за него, ведь его отец обвинил Хьяльти без причины.

Тангбранд ответил:

— Часто оказывается так, что Хьяльти поступает лучше тех, кто противостоит ему, и вы, государь, примите Хьяльти и Гицура хорошо, ибо они часто платили за зло добром.

Хьяльти и Гицур согласились выполнить в Исландии поручение конунга, после чего все исландцы, что находились там, были отпущены и крещены. Конунг Олав стал Халльфреду крёстным отцом, потому что иначе тот не хотел креститься. Тогда конунг назвал его Трудным Скальдом и подарил ему меч за наречение.

Гицур и Хьяльти перезимовали у конунга, и Гицур сидел на пирах к конунгу ближе, чем лендрманны28. Исландские заложники также были в милости у конунга.

11. О том, как христианство было принято законом

Весной Хьяльти и Гицур снарядили свой корабль в Исландию. Многие люди отговаривали Хьяльти, но он не обращал на это внимания.

Тем летом конунг Олав отправился из страны на юг в Виндланд. Также он послал Лейва сына Эйрика в Гренландию проповедовать там веру. Тогда Лейв нашёл Винланд Добрый29. Он также нашёл в море людей после кораблекрушения. Потому его прозвали Лейв Счастливый.

Гицур и Хьяльти пришли в устье Дверного Островка в тот день, когда Флоси Поджигатель ехал на альтинг через Пустошь Орлиной Кучи. Тогда услышал он от людей, которые подошли к ним на вёслах, что Кольбейна, его брата, взяли в заложники, и всё о поручении Хьяльти и его спутников. Эти новости он рассказал на альтинге.

В тот же день они пристали к Островам Западных Людей и поставили корабль на якорь у Алтарной Косы. Там они перенесли на берег свой груз и лес для церкви, который велел срубить конунг Олав, предписав, что церковь нужно построить там, где они бросят на берег сходни. Прежде чем возвести церковь, бросили жребий, с какой стороны бухты она должна стоять, и выпало, что на севере. Раньше там были капище и алтари.

Две ночи они провели на островах, прежде чем перебрались на материк. Это было в тот самый день, когда люди ехали на тинг. К востоку от Кривой Реки они не получили ни тягловых, ни верховых лошадей, потому что там в каждом доме сидели вечники Рунольва. Они шли, пока не явились к Скегги сыну Асгаута на Верше. Он дал им коней, чтобы поехать на тинг. Торвальд, его сын, женатый на Кольторве, сестре Хьяльти, уже выехал из дома.

Прийдя в Купальную Долину, они заставили Хьяльти остаться там с одиннадцатью людьми, потому что он был осуждён на изгнание.

Гицур и его люди ехали, пока не прибыли к Кипящему Котлу у озера Эльвус. Оттуда послали они на альтинг сказать, чтобы их друзья и родственники выехали встречать их. Они тогда узнали, что их недруги собрались защищать от них поле тинга.

Но прежде чем они отъехали от Кипящего Котла, туда пришёл Хьяльти и его люди, и родичи и друзья встретили их.

Тогда поскакали они на тинг большим отрядом и приехали к палатке Асгрима сына Ладейного Грима, сына сестры Гицура. Тут сбежались язычники в полном вооружении, и они чуть не начали биться, но всё же нашлись и такие, что захотели предотвратить неприятности, хотя и не были христианами.

Тормодом звали священника, которого конунг Олав дал Хьяльти и Гицуру. На следующий день он отслужил мессу на краю ущелья выше палатки людей с Западных Фьордов. Оттуда они пошли к Скале Закона. Там было семеро людей в церковном облачении. У них было два креста, которые сейчас находятся на Восточном Перевале. Один отмечает холм конунга Олава, другой — холм Хьяльти сына Скегги.

Все собрались у Скалы Закона. У Хьяльти и его людей был ладан на углях, и благоухание чувствовалось как против ветра, так и по ветру.

Тогда Хьяльти и Гицур хорошо и решительно изложили своё поручение, а люди удивлялись тому, как они красноречиво и складно говорят. Слова же их внушили такой великий страх, что никто из их недругов не посмел им возразить.

Но сталось там так, что каждый начал призывать другого в свидетели, и каждая сторона, и христиане, и язычники, объявили, что не признают законов другой стороны.

Тут прибежал человек и сказал, что в Эльвусе вырвался из-под земли огонь и что он, наверное, пойдёт на хутор Тородда Годи.

Тогда язычники начали говорить:

— Нет чуда в том, что боги гневаются на такие речи.

На это Снорри Годи сказал:

— Если бы боги разгневались, то разве не загорелась бы лава здесь, где мы сейчас находимся?

После этого люди разошлись от Скалы Закона. Тогда христиане попросили, чтобы Халль с Побережья провозгласил законы, поддерживающие христианство. Халль заплатил полсотни серебра Торгейру Годи, который в то время был законоговорителем, чтобы тот провозгласил законы для обеих сторон, христиан и язычников. А он тогда ещё не был крещён.

Когда люди разошлись по палаткам, Торгейр улёгся, натянул на голову плащ и пролежал весь день, ночь и следующий день до того же часа.

Язычники провели тогда многолюдное собрание и решили принести в жертву двух людей из каждой четверти и призвали языческих богов, чтобы они не позволили христианству охватить страну.

Хьяльти и Гицур провели вторую встречу с христианами, и те заявили, что тоже хотят совершить человеческое жертвоприношение, с таким же числом людей, что и язычники.

Они сказали так:

— Язычники жертвуют худшими людьми и сталкивают их с утёсов или скал, но мы должны предпочесть добродетель и назовём это победным подношением нашему господу, Иисусу Христу. Мы должны жить лучше и безгрешнее, чем прежде, и мы с Гицуром выступим для вознесения молитвы за победу от нашей четверти.

А от Четверти Восточных Фьордов выступили Халль с Побережья и Торлейв из Крестового Залива, что к северу от Китового Фьорда, брат Торарина со Стряпного Фьорда. Ингилейв была их матерью. Толстый Кетиль вызвал его в суд за христианство по совету Хельги Шипа. Тогда погода так испортилась, что Кетиль обрадовался, когда вечером пришёл к Торлейву и получил там радушный приём. Поэтому вызов в суд не получил хода. А от Северной Четверти возновить молитвы за победу стали Хленни Старый и Торвард, сын Мудрого Бёдвара, а от Четверти Западных Фьордов — Гест сын Оддлейва. Больше никто не согласился. Это не понравилось Хьяльти и Гицуру.

Тогда взял слово Орм сын Кодрана — он остановился на Склоне Оврага, потому что Хермунд сын Иллуги был женат на Гуннхильд, его дочери:

— На это сыскался бы человек, будь Торвальд Путешественник30, мой брат, моим земляком, но теперь я пойду, если вы примете меня.

Они согласились на это и сразу же крестили его.

А на следующий день Торгейр поднялся, сел и послал объявить в палатках, чтобы все шли к Скале Закона. Когда народ собрался у Скалы Закона, он сказал, что ему кажется, что дела в стране пойдут прескверно, если у людей здесь не будет одних законов. Он попросил, чтобы они не делали того, от чего, как он объяснил, возникнут битвы и вражда, и что приведёт к тому, что страна опустеет. Также он рассказал о том, как конунги, одного из которых, жившего в Дании, звали Даг, а другого, жившего в Норвегии — Трюггви, долго воевали между собой до тех пор, пока жители обоих государств не лишили их власти и не помирили их, хотя те мириться и не хотели. Но это оказалось столь разумным, что через несколько зим они обменялись подарками, и дружба их продолжалась, пока оба они были живы.

— И мне кажется разумным не дать решать тем, кто здесь выступает против с наибольшим рвением, и давайте придём к согласию так, чтобы и те, и другие имели что-нибудь для себя, а у всех нас будут одни законы и одна вера, ибо это, наверное, правда: если мы нарушим законы, то нарушим мир.

Торгейр закончил речь на том, чтобы и те, и другие согласились с тем, что нужно соблюсти законы, которые он решит провозгласить.

Тогда Торгейр объявил, что все люди в Исландии должны креститься и уверовать в одного бога, а обычаи выносить детей31 и есть конину должны остаться в старых законах. Люди, если захотят, должны жертвовать тайно, но будут объявлены вне закона, если тому окажутся свидетели. Несколько зим спустя это язычество было упразднено.

Все люди с севера и с юга были крещены в Купальне Дымов в Купальной Долине, когда они ехали с тинга, потому что они не хотели лезть в холодную воду.

Хьяльти сказал, когда крестили Рунольва:

— Теперь мы научим старого годи кривиться от соли32.

Тем летом, когда люди разъезжались домой, был крещён весь тинг. Большинство людей с запада крестились в Купальне Дымов в Южной Долине Дымов. Снорри Годи наиболее преуспел с людьми из Западных Фьордов.

12. О епископах Ислейве и Гицуре

В то лето, когда христианство в Исландии было принято законом, прошло тысяча зим от воплощения нашего господа Иисуса Христа.

Тем летом, в четвёртые иды сентября, конунг Олав исчез с Длинного Змея на юге у Свольдра33. Он был конунгом Норвегии пять зим. После него стал государить ярл Эйрик сын Хакона.

Торвальд сын Кодрана и Стевнир сын Торгильса встретились после исчезновения конунга Олава. Они путешествовали вдвоём по всему миру до самого Иерусалима, оттуда отправились в Миклагард и пришли к восточному Кэнугарду на реке Непр34.

Торвальд умер на Руси, недалеко от Пальтескьи35. Его похоронили там на одной горе, у церкви Иоанна Крестителя, и его называют святым. Бранд Путешественник говорит так:

Пришёл я туда,
где Торвальду
Кодрана сыну
Христос дал покой.
Там он похоронен
на высокой горе
наверху в Дравне36
у церкви Иоанна.

Тогда Стевнир отправился на север в Данию. А когда он пришёл в Данию, то сказал эту вису:

Не назову,
но намекну:
загнут вниз
нос негодяя —
он конунга Свейна
сманил из страны
и Трюггви сына
обманул.

В этой висе ярл Сигвальди признал себя и потому велел убить Стевнира37. Так рассказывает Ари Старый.

Гицур Белый жил на Мысе, пока не построил хутор на Палатном Холме и не перенёс своё хозяйство туда. Он приложил все усилия, чтобы укрепить христианство. Он послал Ислейва, своего сына, на юг в Саксланд, и тот учился там в школе в городе, что называется Херфурда38. Вернувшись в Исландию, он женился на Далле дочери Торвальда, и их сыновьями были Гицур, Тейт Переменчивый из Ястребиной Долины и Торвальд.

Сперва здесь проповедовали иностранные епископы. Но когда жители страны узнали, какой прекрасный священник Ислейв, то попросили его отправиться за границу и принять сан епископа, и он выполнил их просьбу. Ему было пятьдесят лет, когда его рукоположили в епископы. Тогда папой был Лев Девятый.

Следующей зимой он оставался в Норвегии, затем отправился в Исландию и двадцать четыре зимы был епископом.

Он учил многих знаменитых людей и посвящал в священники, а двое из них, Йон Святой сын Эгмунда и Коль Епископ Жителей Вика, стали позднее епископами.

Епископ Ислейв скончался на Палатном Холме в третьи ноны июля39. Это было воскресенье. Он был епископом 24 зимы. Тогда прошло 80 зим со времени исчезновения конунга Олава сына Трюггви.

На его похоронах присутствовал двенадцатилетний Ари Мудрый, который рассказал про большую часть тех событий, что здесь описаны.

После кончины епископа Ислейва жители страны попросили Гицура, его сына, чтобы он принял сан епископа. Он уехал за границу и был рукоположен в епископы через две зимы после кончины епископа Ислейва, в правление норвежского конунга Олава Тихого. Тогда папой в Риме был Григорий Седьмой. После своего рукоположения Гицур перезимовал в Дании, а следующим летом вернулся в Исландию.

Когда он прожил в Исландии одну зиму, законоговорителем стал Маркус сын Скегги. Он был самым мудрым лагманном40 в Исландии после Скафти.

Жители страны так любили епископа Гицура, что каждый человек слушался его просьб и запретов. От любви к епископу Гицуру и по совету священника Сэмунда Мудрого, который был лучшим священником в Исландии, и по распоряжению законоговорителя Маркуса и других хёвдингов был принят закон, чтобы все люди пересчитали и оценили своё имущество, как землю, так и движимость, и дали клятву, что сосчитано верно, и заплатили с того десятину.

И великим знаком того, насколько жители страны слушались человека, осуществившего такое, является то, что вся земля была оценена, и имущество, что было на ней, и приняли закон, что так будет, пока страну населяют люди.

13. О епископстве Гицура

Также епископ Гицур установил закон, что место жительства епископа, который будет в Исландии, должно находиться в Палатном Холме, и предоставил этой епархии участок для дома и много других богатств, как землями, так и движимым имуществом.

А когда ему показалось, что это место стало столь богатым, как он хотел, он отдал больше четверти своего епископства на то, чтобы в Исландии было две епархии, а не одна, как и просили его жители Северной Четверти.

А до этого он велел сосчитать всех бондов в Исландии, и тогда было в Четверти Восточных Фьордов целых семь сотен, в Южной Четверти — десять сотен, в Четверти Западных Фьордов — девять сотен, а в Северной Четверти — двенадцать, и были посчитаны только те, кто должен платить налог за приезд на тинг.

Когда Гицур пробыл епископом двадцать пять зим, законоговорителем стал Ульвхедин сын Гуннара, а Маркус тогда умер. Потом законоговорителем стал Бергтор сын Хравна.

В первое лето, когда он провозглашал законы, было принято новое постановление, что следующей зимой у Хавлиди сына Мара будут записаны законы под руководством Бергтора и других мудрых людей. Они должны будут написать в новых законах всё то, что им покажется лучшим, чем в старых. А следующим летом законы объявят и оставят те, против которых не будет возражать большинство людей. Тогда в законах был записан «Вигслоди»41 и многое другое, а следующим летом их зачитали вслух на лёгретте42, и всем это понравилось.

Епископу было сорок лет, когда он его рукоположили, а когда он пробыл епископом 24 зимы, в сан епископа возвели Йона, сына Эгмунда и Торгерд дочери Эгиля, сына Халля с Побережья. Тогда Йону исполнилось 54 зимы. Он стал первым епископом на Холмах в Долине Хьяльти.

Епископ Гицур так хорошо умиротворил страну, что тогда не случилось никаких крупных ссор между хёвдингами, а ношение оружия вышло из употребления.

Тогда большинство знатных людей, хотя и являвшихся хёвдингами, были обучены и рукоположены в священники. Таковы были Халль сын Тейта из Ястребиной Долины, Сэмунд Мудрый, Магнус сын Торда с Холма Дымов, Симон сын Ёрунда с Хутора, Гудмунд, сын Бранда из Пастушей Рощи, Ари Мудрый, Ингимунд сын Эйнара с Холмов, Кетиль сын Торстейна с севера с Подмаренниковых Полей, Кетиль сын Гудмунда, священник Йоун сын Торварда и многие другие, о которых не написано.

Епископ Гицур при своей жизни велел рукоположить в епископы Торлака, сына Рунольва сына Торлейка. Тогда Торлаку было на две зимы больше, чем тридцать лет.

Епископ Гицур скончался на Палатном Холме, когда он пробыл епископом тридцать шесть лет. Это произошло тридцать ночей спустя после рукоположения епископа Торлака. То был третий день недели, в пятые календы июня43. В этот год скончались папа Паскалий, греческий конунг Кирьялакс, йорсалирский конунг Бальдвин, патриарх Арнальдус в Иерусалиме и шведский конунг Филипп44. Тогда Исландия была заселена уже две больших сотни лет45, одну в язычестве, а другую в христианстве. Тогда после воплощения нашего господа, Иисуса Христа, прошло одиннадцать сотен и восемнадцать лет.

14. Перечень хёвдингов, от Хавлиди сына Мара и т. д.

В том году, когда скончался епископ Гицур, в Исландии случился великий голод. В три последних дня страстной недели была такая буря, что в некоторых округах на севере страны люди не смогли провести богослужение в церквях. А в страстную пятницу под Островными Горами один корабль поднялся, перевернулся в воздухе и упал вверх килем. В нём было двадцать семь скамей для гребцов. В первый день Пасхи немногие люди смогли посетить службу, чтобы получить причастие, а кое-кто погиб снаружи.

Другая непогода случилась после кончины епископа в тот день, когда люди ехали на тинг. Тогда была разрушена церковь на Поле Тинга, для которой велел рубить лес конунг Харальд сын Сигурда.

Тем летом сюда приплыло тридцать пять кораблей, и многие разбились у берега, а некоторые разом с людьми потерпели крушение в открытом море. Но только восемь смогли уплыть вместе с теми, кто уже был здесь, и никто из них не закончил плавание до Михайлова дня. Из-за такого множества людей здесь случился великий голод.

Когда епископ Гицур скончался, самыми великими хёвдингами в Исландии были: на севере — Хавлиди сын Мара, сыновья Асбьёрна сына Арнора из Мысового Фьорда, Торгейр сын Халли и священник Кетиль сын Торстейна, на востоке — Гицур сын Эйнара, Сигмунд сын Торгильса (он умер в том году по пути в Рим), на юге — Халль сын Тейта, Скули сын Эгиля, а на западе — Стюрмир сын Хрейна, Халльдор сын Эгиля, Торгильс сын Одди, Торд сын Эгиля, Торд сын Торвальда из Озёрного Фьорда.

Через год после кончины епископа Гицура был убит Торстейн сын Халльварда, знатный муж, а зиму спустя состоялся многолюдный тинг.

В то полугодие была такая высокая смертность, что священник Сэмунд Мудрый сказал на тинге, что, наверное, от болезни умерло не меньше людей, чем пришло на собрание.

Тем летом в судах было великое столпотворение. Тогда Торгильс сын Одди ранил Хавлиди сына Мара. Ни одно дело не получилось судить по законам. Торгильса объявили вне закона за рану, и зиму он провёл в изгнании.

Тогда носили так мало оружия, что на альтинге был один-единственный стальной шлем, а приехали на тинг почти все бонды, бывшие тогда в Исландии.

А весной, спустя три зимы со смерти епископа Гицура, в Холмах скончался епископ Йон, в девятые календы мая46.

Тем летом Хавлиди сын Мара поехал на тинг с двенадцатью сотнями людей, а Торгильс сын Одди — с семью сотнями. На тинге они помирились на том, что Торгильс предоставил Хавлиди право вынести решение по делу, а тот присудил шестьдесят сотен шестилоктевых эйриров ходового товара47, уплаченных золотом, чистым серебром или подходящими ценными вещами. Их должен был оценить сам Хавлиди или те, кого он назначит.

Тем летом вместо епископа Йона был избран в епископы Кетиль сын Торстейна с Подмаренниковых Полей, и тем же летом он уехал из страны.

Хавлиди сын Мара сперва женился на Турид, дочери Торда сына Стурлы. Тордом звали их сына. Он женился на Сольвёр, дочери Асгрима сына Торхалля. Иваром звали их сына. Позднее Хавлиди женился на Раннвейг, дочери Тейта из Ястребиной Долины. Их дочь звали Сигрид, её взял в жёны Торд из Озёрного Фьорда. Их сыновьями были Торд и Паль. Вторую дочь Хавлиди и Раннвейг звали Вальгерд. На ней женился священник Ингимунд сын Иллуги и Орню, дочери Торкеля сына Геллира. Их сыном был Иллуги, что утонул, когда перевозил известь для каменной церкви, которую он собирался построить на Широком Дворе на Западном Заливе.

Ярл Рёгнвальд Кали был убит через пять ночей после первого дня святой Марии, а конунг Олав сын Трюггви сражался на «Длинном Змее» на следующий день после второго дня святой Марии48.


Примечания

1 Южные Земли (Suðrlǫnd) и Саксланд (Saxland) — т. е. Германия, Саксония.

2 Согласно исландским анналам, саксонский епископ Фридрих прибыл в Исландию в 981 г.

3 Хёвдинг (hǫfðingi) — предводитель; могущественный или знатный человек.

4 Около 963 г. на альтинге Исландия была административно разделена на четыре четверти: северную, западную, восточную и южную, тогда же были введены тинги четвертей. Согласно этому делению и перечислены предводители-хёвдинги.

5 Вот как описывает неполное крещение «Сага об Эгиле»: «Это был распространенный обычай у торговых людей и у тех, кто нанимался к христианам, потому что принявшие неполное крещение могли общаться и с христианами, и с язычниками, а веру они себе выбирали ту, какая им больше нравится» (перевод С. С. Масловой-Лашанской).

6 Древнеисландское слово ‘ármaðr’ означает «управитель, дворецкий», но в данном случае имеется в виду некое сверхъестественное существо из камня, радевшее о благосостоянии семьи, поэтому мы сочли нужным перевести его как «попечитель» (ср. также ‘ár’ = «изобилие, достаток»).

7 Вот как описывает жертвенные прутья (hlauttein) «Сага о людях с Песчаного берега»: «На жертвеннике также должна была стоять жертвенная чаша (hlautbolli) с прутом (hlautteinn) наподобии кропила. Им следовало разбрызгивать из чаши ту кровь, что звалась «долей» (hlaut), — то была кровь умервщлённых животных, принесённых в жертву богам» (перевод А. Циммерлинга).

8 В стихе — игра слов, первые две строки можно понять и как «епископ родил…», так и «епископ носил девятерых детей».

9 Харальд по прозвищу Синезубый, сын Горма Старого, правил Данией с 936 по 988 г. Принял крещение ок. 965 г., после чего стал поддерживать распространение христианства в стране.

10 Происхождение Тангбрада неясно. Согласно источникам, он был сыном неизвестного Вильбальдуса, саксонского или бременского графа. Имя его имеет немецкие корни.

11 Кентерберийский епископ с таким именем (Hubert Walter) жил два века спустя описываемых событий.

12 Олав сын Трюггви, правнук Харальда Прекрасноволосого, родился в 968 или 969 г. С 18 лет ходил в викингские походы, принял христианство ок. 995 г. (согласно сагам — на острове Силли у отшельника, по английским хроникам — при заключении мира после неудачной попытки захватить Лондон). Правил Норвегией в 995–1000 гг., получил известность как фанатичный последователь новой веры.

13 Виндланд (Vindland, Страна Вендов) — название в сагах области на южном побережье Балтийского моря, населённой славянами.

14 Сюллингар (Syllingar) — архипелаг Силли к юго-западу от графства Корнуолл.

15 Отто Младший — Оттон III, император Священной Римской империи с 983 по 1002 г. Упоминание о заложнике от него, возможно, вызвано ошибкой составителя саги: с данами воевал его отец Оттон II (правил с 973 по 983 гг., военный конфликт с Данией состоялся в 974 г.).

16 Хольмгард (Hólmgarðr) — название Новгорода в сагах.

17 Гои (gói) — второй месяц зимы в исландском каледаре, начинался в воскресенье между 8 и 14 февраля.

18 Сокол штевня — корабль.

19 Михайлов день отмечается католической церковью 29 сентября.

20 Игг овчины Эндиля — воин, т. е. Торвальд (Эндиль — морской конунг, овчина Эндиля — кольчуга, Игг — имя Одина); властитель стали — воин; Гейтир — великан; волк (в оригинале goðvargr, букв. «волк бога») — проповедник или же объявленный богами вне закона, враг богов, святотатец. Смысл висы, вероятно — просьба сочинить нид.

21 Баклан теснины зубов — язык (теснина зубов — рот). Старый друг священной бухты Харбарда — скальд (Харбард — имя Одина, его священная бухта — поэзия); погонщик коня реи — мореплаватель (конь реи — судно).

22 Бальдр ложа ненавистника ржи — воин (ненавистник ржи — доспехи, ложе доспехов — меч, Бальдр меча — воин). Испытатель щитов — воин. Кузня молитвы — церковь. Орудие победы — оружие. Смертельный молот земли — резальщик торфа, т. е. Ветрлиди. Шапка наковальни битвы — шлем (наковальня битвы — воин). Смысл первого запутанного четверостишия: воин (Тангбранд) шёл к югу страны, чтобы сдержать оружием (убить) другого воина (Ветрлиди).

23 Драуг (draugr) — ходячий мертвец, нежить.

24 Зверь Твинниля — корабль (Твинниль — морской конунг); лыжа земли Аталя — корабль (земля Аталя — море, Аталь — морской конунг).

25 Страж колокола — священник, т. е. Тангбранд; тролльши чад убийца — Тор; зубр ясель чаек — корабль (ясли чаек — море); железноног весла — корабль (железноног — конь, конь весла — корабль); олень Гюльви — корабль (Гюльви — морской конунг).

26 В белые одежды облачали во время крещения, после чего носили их в течении недели.

27 Получается, что конунг взял в заложники уже крещёных исландцев.

28 Лендрманн (или лендрман, мн. ч. lendir menn) — держатель земель, полученных от конунга в лен.

29 Винландом (Vínland, «Виноградная Страна», или, маловероятно, Vinland, «Луговая Страна», или же, по Х. Ингстаду, «Богатая Страна») в сагах называется область северной Америки, об открытии которой рассказано в «Саге об Эйрике Рыжем» и в «Саге о гренландцах». Не следует путать с Виндландом (Vindland, Страна Вендов), куда отправился конунг (см. примечание к гл. 5).

30 Торвальд Путешественник — Торвальд сын Кодрана, спутник епископа Фридрека из первой главы саги.

31 Об обычае выносить детей в «Саге о Гуннлауге Змеином Языке» говорится так: «Когда Исландия была еще совсем языческой, существовал такой обычай, что люди, которые были бедны и имели большую семью, уносили своих новорожденных детей в пустынное место и оставляли там. Однако и тогда считалось, что это нехорошо» (перевод М. И. Стеблин-Каменского).

32 Имеется в виду христианский обычай давать новообращённому соль перед крещением.

33 9 сентября 1000 г.

34 Имеется в виду город Киев на реке Днепр.

35 Пальтескья (Palteskja) — современный Полоцк на территории Белоруссии.

36 Топоним Дравна идентификации не поддаётся.

37 Подробнее данный эпизод изложен в «Пряди о Стевнире сыне Торгильса».

38 Город Херфорд в Вестфалии.

39 5 июля 1080 г.

40 Лагманн (или лагман, др.-исл. lǫgmaðr) — «знаток законов, законоговоритель», в совр. исл. «юрист, адвокат».

41 Вигслоди (Vígslóði) — раздел законов, в котором говорится о поединках и убийствах.

42 Лёгретта (lǫgrétta) — законодательный и судебный совет на Альтинге (всеисландском тинге), состоявший из всех годи (держателей годордов) Исландии, который выбирал законоговорителя, чьей обязанностью было знать и помнить законы, а так же возвещать их со Скалы Закона.

43 28 мая 1118 г.

44 Имеются в виду умершие в 1118 г. папа Пасхалий II (Раньеро ди Бьеда), император Византии Алексей I Комнин, король Иерусалима Балдуин I (Балдуин де Булонь), патриарх Иерусалимский Арнаульф (Арнаульф де Роол), шведский конунг Филипп Халльстейнссон.

45 Большая сотня (tólfrœtt hundrað) — т. е. двенадцатиричная сотня, или 120.

46 23 апреля 1121 г.

47 Шестилоктевой эйрир — количество домотканного сукна оговоренного качества длиною в шесть локтей и двух локтей ширины (локоть того времени равнялся 49,2 см), восемь таких шестилоктевых унций были эквивалентны эйриру (унции) серебра (26,8 г). Речь в тексте идёт о так называемых больших сотнях (120), следовательно, вира составила 900 эйриров серебра или цену 360 коров, что необычайно много.

48 Второй день святой Марии — Рождество Богородицы, 8 сентября.

© Тимофей Ермолаев, перевод с древнеисландского

Редакция перевода, литературная обработка вис и примечания: Надежда Топчий.

По всем вопросам пишите в раздел форума Valhalla: Эпоха викингов