Сага о Хрольве Жердинке и его витязях

Hrólfs saga kraka ok kappa hans

Об Адильсе, конунге Уппсалы, и поход в Швецию конунга Хрольва и его витязей

Af Aðils Uppsalakonungi ok Svíþjóðarferð Hrólfs konungs ok kappa hans

38. Совещание о походе в Уппсалу

Теперь расскажем, как однажды конунг Хрольв устроил превосходный пир и сидел в королевском зале вместе со всеми своими витязями и знатными людьми.

Конунг посмотрел по сторонам и сказал:

— Несокрушимая сила собралась здесь в одной палате.

Затем конунг Хрольв спросил Бёдвара, знает ли тот какого-нибудь властителя, который был бы подобен ему и правил бы такими витязями.

Бёдвар ответил, что не знает:

— Но есть одна вещь, которая, как мне кажется, умаляет ваше королевское достоинство.

Конунг Хрольв спросил, что это. Бёдвар сказал:

— Вам недостаёт того, государь, что вы не потребовали наследие вашего отца в Уппсале, которым не по праву владеет конунг Адильс, ваш свойственник.

Конунг Хрольв сказал, что выполнить это было бы трудно:

— Потому что Адильс человек не простой, а хитроумный, коварный, жестокий, знакомый с колдовством и худший из всех, с кем только можно иметь дело.

Бёдвар сказал:

— Однако вам приличествует, государь, попытаться получить вашу долю и как-нибудь встретиться с конунгом Адильсом и узнать, как он ответит на это.

Конунг Хрольв сказал:

— Это великое дело, что ты пробудил, ибо мы попытаемся отомстить за отца, а конунг Адильс алчен и коварен, и нам будет грозить опасность.

— Я не стану порицать, — сказал Бёдвар, — если мы однажды испытаем, каков на самом деле конунг Адильс.

39. Хрольв ночует у бонда Храни

Вот конунг Хрольв снарядился в поход с сотней людей, а вместе с ним его двенадцать витязей и двенадцать берсерков. Об их путешествии ничего не рассказывают, пока они не пришли к одному бонду. Тот стоял во дворе, когда они появились, и пригласил их всех побыть у него.

Конунг сказал:

— Ты смелый человек. Но есть ли у тебя средства для этого? Ибо нас немало, и мелкому бонду не принять нас всех.

Тот рассмеялся и ответил:

— Да, государь, — сказал он, — порою я видел не меньше людей, что приходили туда, где я жил, и в течение ночи у вас не будет недостатка ни в питье ни в чём либо ещё, что вам понадобится.

Конунг сказал:

— Тогда и мы отважимся так сделать.

Бонд обрадовался этому. Их коней увели, и им был предоставлен уход.

— Как твоё имя, бонд? — сказал конунг.

— Некоторые люди зовут меня Храни, — ответил тот.

Им был оказан такой радушный приём, что они решили, что едва ли попадали в место гостеприимнее. Бонд был очень весел, и что бы не спрашивали у него, он всё мог разрешить, и показалось им, что он весьма неглуп. Вот они легли спать. Когда они проснулись, так похолодало, что у них застучали зубы, все съёжились и набросали на себя одежду и всё, что смогли достать, кроме витязей конунга Хрольва, которые довольствовались теми вещами, что у них уже были. Холодно было всю ночь.

Тогда спросил бонд:

— Как вам спалось?

Бёдвар ответил:

— Хорошо, — сказал он.

Тогда бонд обратился к конунгу:

— Я знаю, что ночью твоим дружинникам казалось весьма холодно в этой хижине, так оно и было. Они могут и не надеяться выдержать испытания, которым подвергнет вас конунг Адильс из Уппсалы, раз это им показалось столь трудным. Отправь домой, государь, половину твоего войска, если хочешь сохранить жизнь, ибо числом конунга Адильса не победишь.

— Ты выдающийся человек, бонд, — сказал конунг, — и я воспользуюсь тем советом, что ты дал.

Вот они, пожелав бонду всего хорошего, отправились своим путём, когда были готовы, половину же своего войска конунг отослал назад. Остальные поехали своей дорогой, и тотчас перед ними появился другой маленький хутор. Здесь они узнали того же самого бонда, у которого получили приют ранее. Им показалось, что произошло нечто странное. Бонд опять хорошо встретил их и спросил, почему они приходят так часто.

Конунг ответил:

— Вряд ли мы узнаем, как нас обхитрили, и ты по праву можешь зваться ловкачом.

Бонд сказал:

— Однако вас неплохо примут.

Тогда они провели там вторую ночь под гостеприимным кровом, заснули и проснулись оттого, что их одолела столь великая жажда, что показалась она им почти невыносимой, так что они еле могли пошевелить языком во рту. Они повставали, пошли туда, где стоял кувшин с вином, и напились из него.

Утром бонд Храни сказал:

— Опять сталось так, государь, что вы послушались меня. И кажется мне, что мало терпения в людях, которые пьют ночью. Вам доведётся выдержать куда больше испытаний, когда вы придёте к конунгу Адильсу.

Тут разразилась сильная непогода, и они просидели там весь день. Пришла третья ночь. А вечером для них развели огонь, и те, кто сидел у огня, ощутили руками сильный жар. Большинство покинуло комнату, которую выделил им бонд Храни, и все бежали от огня, кроме конунга Хрольва и его витязей.

Бонд сказал:

— Вы опять можете отобрать людей, государь, из вашего войска, и мой совет: не берите никого, кроме себя и своих двенадцати витязей. Тогда есть некоторая надежда, что вы вернётесь, а иначе не вернётся никто.

— Мне так понравилось у тебя, бонд, — сказал конунг Хрольв, — что мы последуем твоему совету.

Они провели там три ночи. Оттуда конунг поскакал с одиннадцатью людьми, а всё остальное своё войско отправил назад.

Конунг Адильс получил сведения об этом и одобрил то, что конунг Хрольв захотел посетить его:

— Ибо здесь, прежде чем мы расстанемся, у него, конечно, будут такие дела, что удостоятся рассказов.

40. О приёме конунга Адильса

Тем временем конунг Хрольв и его витязи подъезжали к палатам конунга Адильса. Все горожане столпились на самой высокой городской башне посмотреть убранство конунга Хрольва и его витязей, потому что они были ярко разодеты, и многие очень высоко оценили таких учтивых рыцарей. Сперва они ехали медленно и величественно, но когда до палат осталось недалеко, они пришпорили коней и ворвались внутрь, так что всё, оказавшееся на их пути, разлетелось в стороны. Конунг Адильс велел встретить их со всем дружелюбием и приказал принять их коней.

Бёдвар сказал:

— Смотрите, парни, не спутайте у коней ни холку, ни хвост, хорошо ухаживайте за ними и тщательно следите, чтобы они не испачкались.

Конунгу Адильсу сразу же сообщили, как тщательно гости распорядились об уходе за конями. Он сказал:

— Весьма велики их высокомерие и надменность. Примите теперь мой совет, сделайте, как я велю: отстригите коням хвосты поближе к телу над самой задницей и срежьте чёлки вместе с кожей на лбу, и обращайтесь с ними так прескверно, как только сможете, лишь чтоб они влачили жалкое существование.

Гостей провели к дверям палаты, но конунг Адильс не показывался.

Тогда Свипдаг сказал:

— Мне здесь уже всё знакомо, я войду первым, потому что у меня величайшие подозрения, как нас примут или что уготовят. Не укажем словом, кто из нас конунг Хрольв, чтобы конунг Адильс не узнал его в нашем отряде.

Пошёл тогда Свипдаг впереди всех, и за ним его братья, Хвитсерк и Бейгад, потом конунг Хрольв и Бёдвар, и так все друг за другом. Со слугами споров не было, ибо те, кто их пригласил в палату, исчезли. Они несли своих ястребов на плечах, и в ту пору это считалось большой роскошью. А у конунга Хрольва был ястреб, которого звали Хаброк.

Свипдаг шёл впереди и внимательно наблюдал за всем. Повсюду он увидел большие перемены. Они преодолели так много опасносей, что были уготованы для них, что нелегко об этом поведать, и было тем труднее, чем дальше в палату они заходили.

Они всё дальше шли по палате, пока не увидели конунга Адильса, надменно сидящего на троне, и обеим сторонам показалось очень значимым увидеть друг друга. Однако они заметили, что приблизиться к конунгу Адильсу не так легко. Но тем не менее они подошли к нему настолько, чтобы можно было побеседовать.

Тогда конунг Адильс произнёс:

— И ты ныне пришёл сюда, приятель Свипдаг. Какое же у витязя дело? Или не так, как мне кажется:

Шишка на затылке,
шрам на лбу,
выбит глаз,
обе руки порублены?

Так и Бейгад, его брат, весь в узлах.

Свипдаг сказал так громко, что все могли слышать:

— Сейчас я хочу получить от тебя пощаду, конунг Адильс, как я с вами договаривался, для двенадцати людей, которые пришли сюда со мной.

Конунг Адильс ответил:

— Я согласен, проходите скорее в палату, уверенно и с бесстрашным сердцем.

Они поняли, что по всей палате перед ними устроены западни, и небезопасно было бы проверять, что там уготовано. Конунга Адильса окутывала такая густая тьма, что они плохо видели его лицо. Также они заметили, что занавеси, украшавшие палату изнутри, впереди порваны, и там, наверное, затаились люди с оружием. Так оно и оказалось: когда они перебрались через ямы, из-под каждого полога выскочил одетый в броню человек. Конунг Хрольв и его витязи очень мужественно атаковали этих людей и расправлялись с ними зуботычинами.

Так прошло некоторое время, и конунг Хрольв не обнаруживал себя, а люди валились кучами.

Конунг Адильс раздулся на троне, когда увидел, что витязи Хрольва рубят его войско, словно собак. Понял он, что так продолжаться не может, встал и сказал:

— Что означает сей громкий шум? Вы подлые мошенники, раз предприняли подобное, позволили себе напасть на таких замечательных людей, которые пришли к нам в гости! Быстро прекратите и садитесь, и давайте все вместе веселиться, свояк Хрольв.

Свипдаг сказал:

— По-прежнему плохо хранишь ты мир, конунг Адильс, позор тебе за это.

После этого они уселись, Свипдаг дальше всех от входа, затем Хьяльти Отважный, а Бёдвар и конунг сели вместе, потому что они не хотели, чтобы конунга узнали.

Конунг Адильс сказал:

— Я вижу, что вы без почёта путешествуете по незнакомой стране. Почему свояк Хрольв не взял больше людей?

Свипдаг сказал:

— Я вижу, что ты не преминёшь строить козни конунгу Хрольву и его людям, и нет ничего зазорного, пришёл ли он сюда с малым или большим количеством людей.

И так они закончили свою беседу.

41. Хрольв в палатах конунга Адильса

После этого конунг Адильс велел убрать палаты. Мёртвых унесли, потому что много людей конунга Адильса было убито, а множество — ранено.

Конунг Адильс сказал:

— Разожжём теперь вдоль палаты костры для наших друзей и выкажем им свою привязанность так, чтобы всем нам понравилось.

Тут появились люди, которые развели для них огонь. Витязи Хрольва всегда сидели со своим оружием, не выпуская его из рук. Огонь быстро разгорелся, потому что там не жалели смолы и сухих поленьев. С одной стороны костра конунг Адильс занял место сам и усадил своих дружинников, а с другой стороны — конунга Хрольва и его витязей, и те, и другие сидели на длинных скамьях и очень мило беседовали между собой.

Конунг Адильс сказал:

— Без преувеличений говорят о вашей смелости и стойкости, витязи Хрольва. Также вы считаете себя лучше остальных, и не лгут о вашей мощи. Прибавьте огня, — сказал конунг Адильс, — ибо я ещё точно не решил, кто же конунг, а вы не бегите от огня, даже если он и сможет вам как-нибудь повредить.

И вот сделали так, как он приказал. Так он хотел узнать, где конунг Хрольв, ибо решил, что тот не сможет выстоять против жара наравне с витязями. Адильс посчитал, что так будет легче его схватить, ибо он искренне желал смерти конунга Хрольва. Бёдвар и остальные поняли это и защищали его от жара, как могли, но и не так, чтобы Адильс что-либо заметил. Когда же огонь разгорелся вовсю, конунгу Хрольву довелось вспомнить о том, как ранее он клялся, что не побежит ни от огня, ни от железа, и теперь он понял, что конунг Адильс хочет испытать, сгорят ли они там или же не сдержат свой обет. Они увидели, что трон конунга Адильса отодвинулся к самой стене палаты, как и его люди.

Тут в костёр добавили много топлива, и они поняли, что пламя погубит их, если что-нибудь не сделать. Огонь охватил их одежду, и тогда они побросали в огонь щиты. Бёдвар и Свипдаг сказали:

Прибавим-ка огоньку
в крепости Адильса.

Тут оба они схватили по человеку, что поддерживали огонь, бросили их в костёр и сказали:

— Теперь насладитесь теплом огня за ваши труды и усилия, ибо мы уже согрелись. Погрейтесь, ведь вы так старались зажечь огонь для нас.

Хьяльти схватил третьего и бросил его в костёр со своего конца, и так каждого из тех, кто раздувал огонь. Там они сгорели дотла, и помощи им не оказали, потому что никто не посмел приблизиться. После этого конунг Хрольв произнёс:

Не бежит от огня тот,
кто прыгает через него.

Затем все они перескочили через огонь и задумали теперь пленить конунга Адильса. Увидев это, конунг Адильс спасся, прыгнув в дерево, что стояло в палате. Оно было полое внутри, и так конунг выбрался оттуда благодаря своему колдовству и чарам.

Он очутился в зале королевы Ирсы и встретился с ней, и она выразила ему своё презрение и наговорила много горьких слов:

— Сперва ты распорядился убить моего мужа, конунга Хельги, — сказала она, — подло поступил с ним и утаил деньги от того, кому они принадлежат, и теперь сверх уже содеянного ты хочешь убить моего сына. Ты намного хуже и злее, чем кто бы то ни было. Теперь я предприму всё, чтобы конунг Хрольв получил эти деньги, а ты подвергнешься позору, как и заслуживаешь.

Конунг Адильс сказал:

— Здесь дошло до того, что никто не будет верить другому. Больше я им на глаза не покажусь.

После этого они кончили разговор.

42. Вёгг служит Хрольву и его людям

Тогда королева Ирса пошла к конунгу Хрольву и приняла его как желанного гостя. Он тоже хорошо ответил на её приветствие. Она привела туда человека, чтобы он прислуживал и угождал им.

Представ перед конунгом Хрольвом, этот человек сказал так:

— Худощав сей муж, и лицом как какая-то жердинка. Это ли ваш конунг?

Конунг Хрольв сказал:

— Ты дал мне имя, которое закрепится за мной. Что ты подаришь мне за прозвание?

Вёгг ответил:

— У меня совсем ничего нет для этого, ибо я беден.

Конунг сказал:

— Тогда тот должен одарить другого, кто что-то имеет.

Он снял с руки золотое кольцо и подарил этому человеку.

Вёгг сказал:

— Ты одариваешь лучше всех, и это величайшее сокровище.

И когда конунг заметил, как высоко тот оценил подарок, то сказал:

— Малому рад Вёгг.

Вёгг сказал, встав на одно колено:

— Я торжественно обещаю, что отомщу за тебя, если проживу дольше и если ты окажешься побеждён людьми.

Конунг ответил:

— Ладно, — сказал он, — но всё же у других более надежд на это, чем у тебя.

Они поняли, что этот человек будет верен и надёжен в том немногом, что будет ему по силам, но им подумалось, что мало он что сможет, ибо он был малый никчёмный. Далее они не таились от него. Затем они собрались спать и решили, что смогут без страха лечь в тех комнатах, которые укажет им королева.

Бёдвар сказал:

— Нас здесь хорошо устроили, и королева желает нам добра. Но конунг Адильс желает нам столько зла, сколько только сможет причинить. Я очень удивлюсь, если с нами ничего не случится.

Вёгг сказал им, что конунг Адильс столь ревностный язычник, что и не найти такого:

— Он приносит жертвы одному вепрю, и я не знаю, не попадётся ли нам сей недруг. Будьте настороже, ибо он приложит все усилия на то, чтобы каким-нибудь способом уничтожить вас.

— Скорее всего, кажется мне, — сказал Бёдвар, — он запомнит нас тем, что бежал от нас из палаты сегодня вечером.

— Вам должно учесть то, — сказал Вёгг, — что он хитёр и жесток.

43. Схватка Грама и и священного вепря

После этого они заснули и проснулись от того, что снаружи послышался такой громкий шум, что всё огласилось эхом, и казалось, дом, в котором они лежали, задрожал, словно там шла разгульная попойка.

Тогда Вёгг произнёс:

— Наверное, это идёт вепрь, и он послан отомстить вам конунгом Адильсом, и это столь великий тролль, что никто не может противостоять ему.

У конунга Хрольва имелся большой пёс, которого звали Грам и который превосходил всех собак смелостью и силой. Он был с ними. Затем туда вошёл тролль в образе кабана, и плохо обошлись с этим злым троллем. Бёдвар натравил пса на кабана, тот не испугался и напал на него. Эта схватка оказалась жестокой. Бёдвар помогал псу и рубил вепря, но не мог перерубить ему хребет. Пёс Грам был так могуч, что оторвал вепрю уши вместе со щёками, и одновременно с тем, как вепрь пал там, куда явился, к дому подошёл конунг Адильс с великим множеством людей и сразу же поджёг дом. И тогда конунг Хрольв и его витязи поняли, что недостатка в топливе по-прежнему нет.

Бёдвар сказал:

— Плохая это будет смерть, если нас сожгут здесь внутри, я бы предпочёл пасть от оружия в чистом поле. И плохой окажется кончина конунга Хрольва, если так произойдёт. Я не вижу сейчас лучшего выхода, чем так сильно налечь, чтобы поддались доски. Так, если это получится, мы вырвемся из дома, — а то была отнюдь не детская игра, дом был крепко построен, — и затем, когда мы выйдем, пусть каждый с кем-то схватится, и тогда, наверное, эти люди вновь сразу испугаются.

— Это отличный замысел, — сказал конунг Хрольв, — и он нам полностью подходит.

44. О королеве Ирсе и конунге Хрольве

Вот они последовали этому совету, с такой силой и безрассудством бросившись на доски, что те разломались. Так они выбрались наружу. Городские улицы были забиты людьми в броне. Началась тогда между ними жесточайшая битва, и конунг Хрольв и его витязи свирепо наступали. Эти люди показались им совсем жалкими. Да и не встречали они никогда столь гордых и заносчивых, что не падали б на колени от их сильных ударов.

И во время этой жестокой битвы из замка прилетел ястреб конунга Хрольва и уселся ему на плечо с таким видом, будто торжествовал великую победу.

Бёдвар сказал:

— Он ведёт себя так, словно совершил нечто славное.

Человек, который должен был заботиться о ястребах, поспешил на чердак, где их содержали, и очень удивился тому, что ястреб конунга Хрольва отсутствует. Всех же ястребов конунга Адильса он нашёл мёртвыми.

Битва кончилась тем, что они убили там множество людей, и никто не устоял перед ними. А конунг Адильс исчез, и они не знали, что с ним случилось. Те из людей конунга Адильса, кто остался, попросили пощады, и она была им дарована.

После этого отправились они к палатам и смело вошли внутрь. Тогда Бёдвар спросил, на какой скамье хочет сесть конунг Хрольв.

Конунг Хрольв ответил:

— Мы сами сядем на королевском возвышении, и я сяду на почётном месте.

Конунг Адильс не пришёл в палату, и тяжело ему было выжидать и терпеть великое бесчестье, со всеми уловками, которыми он воспользовался. Вот некоторое время они просидели в тишине и спокойствии.

Тогда Хьяльти Отважный сказал:

— Будет ли неразумным, если кто-нибудь проведает наших коней и узнает, не отсутствуют ли они, когда в них есть нужда?

Так и поступили. Вернувшись, он рассказал, что коней испортили и опозорили, и поведал, как с ними обошлись, о чём уже говорилось ранее. Конунг Хрольв не озаботился этим, только сказал, что у конунга Адильса всегда одно и то же.

Вот королева Ирса пошла в палаты, предстала перед конунгом Хрольвом и поздоровалась с ним с искусно и учтиво. Он хорошо ответил на её приветствие.

Она сказала:

— Не так приняли тебя, родич, как мне бы хотелось, и ты не должен задерживаться здесь надолго, мой сын, в этом негостеприимном месте, ибо по всей Швеции собирают большое войско. Конунг Адильс намерен убить вас всех, как он давно желает, будь у него такая возможность. Но сейчас больше силы у твоей удачи, чем у его колдовства. Вот серебряный рог, который я хочу дать тебе и в котором хранятся все лучшие кольца конунга Адильса и то из них, которое называется Свиагрис1 и которое нравится ему больше всех остальных, — и вместе с рогом она дала ему много золота и, вдобавок, серебра. Это богатство было так велико, что сложно его было бы оценить.

Вёгг присутствовал там и получил много золота от конунга Хрольва за свою верную службу.

Королева велела вывести двенадцать коней, все рыжей масти, кроме одного, который был белый как снег и на котором должен был скакать конунг Хрольв. Эти были кони, показавшие себя с наилучшей стороны из всех коней конунга Адильса, и все они были полностью закрыты бронёй. Она дала им щиты, шлемы, доспехи и хорошие одеяния, лучшее из того, что имелось, ибо ранее огонь испортил их одежду и оружие. Она дала им всё, в чём они нуждались, превосходного качества.

Конунг Хрольв сказал:

— Дала ли ты мне столько имущества, скольким владел бы я по праву и которым владел мой отец?

Она сказала:

— Во много раз больше, чем ты потребовал бы, и здесь тебе и твоим людям досталась великая слава. Теперь приготовтесь как можно лучше, чтобы вас нельзя было одолеть, ибо вам ещё предстоят испытания.

После этого они сели на своих коней. Конунг Хрольв с любовью поговорил со своей матерью, и расстались они тепло.

45. Расставание Хрольва и конунга Адильса

Конунг Хрольв и его витязи поехали своей дорогой вниз от Уппсалы через то место, что называется Фюрисвеллир2. Конунг Хрольв увидел, что на дороге перед ними сияет большое золотое кольцо, которое загрохотало, когда они проскакали мимо него.

— Потому оно так громко кричит, — сказал конунг Хрольв, — что ему плохо быть одному, — и он бросил другое золотое кольцо на землю к лежащему, сказав:

— Пусть оно остаётся, и я не подниму золото, хоть оно и валяется на дороге, и пусть никто из моих людей не будет столь смел, чтобы поднять его. Его здесь бросили затем, чтобы оно задержало нас.

Они пообещали ему это. И тут со всех сторон раздались звуки труб. Они увидели огромное войско, преследующее их. Это войско мчалось с бешеной скоростью, каждый изо всех сил гнал своего коня. Конунг Хрольв и его люди продолжали скакать прямо вперёд.

Бёдвар сказал:

— Они рьяно преследуют нас, и я, конечно, хотел бы, чтобы кто-нибудь занялся ими, ведь они, наверняка хотят встретиться с нами.

Конунг сказал:

— Не беспокойтесь, они сами задержатся.

Протянул он тут руку к рогу, в котором было золото и который держал в руке Бейгад. Он рассыпал сокровища по всему пути, которым они скакали через Фюрисвеллир, так что дорога засияла словно золотая.

А когда войско, что шло следом, увидело, что повсюду на дороге сверкает золото, почти все соскочили с лошадей, и им показалось за лучшее посоревноваться, у кого получится поднять его быстрее всех. И случилось там величайшее расхищение и драка, и больше всего получил тот, кто был самым сильным, и потому погоня задержалась.

Когда же это увидел конунг Адильс, то чуть не сошёл с ума. Он упрекал их самыми суровыми словами, и говорил, чтобы они брали поменьше, а остальное бросили, и что об этом ужасном позоре станет известно во всех странах:

— Как вы допустили, что всего лишь двенадцать человек убежали здесь от нас, такого неисчислимого множества, что я собрал ныне со всех округов Шведского государства.

Затем конунг Адильс помчался впереди остальных, потому что очень разгневался, а за ним — вся толпа.

Теперь, когда конунг Хрольв увидел, что конунг Адильс приближается, взял он кольцо Свиагрис и бросил на дорогу.

Увидев это кольцо, конунг Адильс сказал:

— Тот, кто дал конунгу Хрольву эту драгоценность, был более благосклонен к нему, чем ко мне, и тем не менее я ныне буду наслаждаться им, а не конунг Хрольв, — он протянул древко своего копья туда, где лежало кольцо, пожелав во чтобы то ни стало достать его, и, очень сильно согнувшись в седле, просунул копьё в отверстие кольца.

Конунг Хрольв увидал это. Он развернул коня и сказал:

— Согнул свиньёй я сейчас самого могущественного из свеев.

Когда же конунг Адильс собрался притянуть к себе древко копья вместе с кольцом, конунг Хрольв подскочил к нему и отрубил обе ягодицы до самой кости мечом Скёвнунг, что был лучшим из всех мечей, скованных в Северных Странах.

Тут конунг Хрольв обратился к конунгу Адильсу и попросил его потерпеть этот позор некоторое время:

— И теперь ты знаешь, где Хрольв Жердинка, чего ты так долго домогался.

Конунг Адильс потерял так много крови, что совсем обессилел, и пришлось ему повернуть назад в таком плачевном виде, а конунг Хрольв снова забрал Свиагрис. На сей раз они расстались, и не сказывают, встречались ли они с этих пор. Конунг Хрольв и его витязи убили также всех людей, которые возглавляли погоню и представляли наибольшую угрозу, потому что те не заставили себя долго ждать, и никому не понравилось, что их сопровождают. Так что они не спорили друг с другом, когда выпадала такая возможность.

46. О бонде Храни

Конунг Хрольв и его люди продолжили свой путь и скакали почти весь день. И когда настала ночь, они наткнулись на какой-то хутор и подошли к двери. Там был бонд Храни, он пригласил их со всем радушием и сказал, что их путешествие прошло не слишком отлично от того, как он предполагал. Конунг подтвердил это и сказал, что тот не ослеп от дыма.

— Вот оружие, которое я хочу дать тебе, — сказал бонд Храни.

Конунг Хрольв сказал:

— Это отвратительное оружие, старик, — а то были щит, меч и кольчуга, — и не захотел принять его.

Храни едва не разразился гневом, ему показалось, что ему нанесли великое оскорбление.

— Этим ты не принёс себе пользы, конунг Хрольв, как ты, верно, думаешь, — сказал он, — и вы не всегда так умны, как вам кажется, — и бонд счёл себя опозоренным.

Теперь они остались без ночлега и пожелали ехать своей дорогой, хотя ночь была тёмная. Храни сурово смотрел из-под бровей, ему казалось, что его низко оценили, не приняв подарка от него, и он не удерживал их, когда они уезжали. С тем они поскакали прочь, не попрощавшись.

Когда они отъехали недалеко, Бёдвар Медвежонок остановился. Он произнёс так:

— Неразумным мысли на ум приходят после, так теперь сталось и со мной. Я подозреваю, что мы поступили не очень мудро, отказавшись от того, что должны были принять, и мы, наверное, отказались от победы.

Конунг Хрольв сказал:

— Я подозреваю то же самое, ибо это был, наверное, старый Один, и человек этот, и вправду, был одноглаз.

— Вернёмся назад как можно скорее, — сказал Свипдаг, — и проверим это.

Они вернулись, но хутор и старик исчезли.

— Ни к чему искать его, — сказал конунг Хрольв, — потому что это злой дух.

Теперь они отправились своей дорогой, и об их путешествии ничего не рассказывается, пока они не пришли в Данию в своё государство, где и зажили спокойно.

Бёдвар дал конунгу совет, чтобы он с этого времени поменьше участвовал в боях. Им казалось, что мало кто сможет напасть на них, если они будут сидеть тихо, но Бёдвара непокоило, будет ли победоносным конунг, если ему выдастся какое-либо испытание.

Конунг Хрольв сказал:

— Судьба правит жизнью каждого человека, а не сей злой дух.

Бёдвар сказал:

— Менее всего мы хотим оставить тебя, если на то будет наша воля. Но всё же у меня большое подозрение, что вскоре произойдут со всеми нами великие события.

Так они закончили свою беседу. Этим походом они очень прославились.


Примечания

1 Свиагрис (Svíagríss) — букв. «свейский поросёнок».

2 Лейре, резиденция конунга Хрольва, находится к юго-западу от Уппсалы. Фюрисвеллир — долина реки Фюрисон (Fyrisån), на которой стоит Уппсала и которая течёт к югу. Именно южное направление, по видимому, здесь определено словом «вниз».

© Перевод с древнеисландского: Тимофей Ермолаев (Стридманн)

Редакция перевода: Надежда Топчий.

По всем вопросам пишите в раздел форума Valhalla: Эпоха викингов