Саги о Посошниках

Böglunga sögur

1. Хакон сын Сверрира избран конунгом

После того, как весной умер конунг Сверрир, летом Хакон, его сын, был избран конунгом на Эйратинге на севере в Трандхейме1. На этом сошлись все хёвдинги, которые прежде служили его отцу конунгу Сверриру. Незадолго перед тем умер Сигурд Повелитель, сын конунга Сверрира2. После него остался сын по имени Гутхорм.

В то время, когда конунг Сверрир осаждал крепость в Тунберге, о чем было написано ранее, жители Упплёнда дали Инги3 звание конунга. Когда же Инги узнал, что Сверрир покинул Вик, он спустился из Упплёнда в Вик и находился там до тех пор, пока не проведал о кончине конунга Сверрира. Тогда Посошники решили сесть на корабли и собрали большое войско. Они рассчитывали плыть на север в Берген. Попутного ветра пришлось ждать довольно долго.

Когда весть о Посошниках дошла до Бергена, там находился Сигурд Конунгов Родич, сын сестры конунга Сверрира. Его мать звали Хельга; она была дочерью конунга Сигурда. Сведав про Посошников, Сигурд собрал множество крупных судов и вывел их в море; у него было большое войско. Он встретил Посошников южнее Ядара, согнал на берег и захватил все их корабли со всем добром. Сам Инги бежал на восток в Вик, а оттуда — в Унплёнд, и на лето стал в горах у озера Мьёрс. Здесь его предали свои же люди. Одного человека звали Гуннар Вьюк; его Инги раньше сажал вблизи себя и делал ему много добра. Этот бонд убил Инги на Святом Острове на озере Мьёрс4. После этого войско рассеялось, и те, за кем были большие дела, бежали из страны, кто в Данию, а кто и подальше.

Королева Маргрет, которая ранее была за конунгом Сверриром, после, его смерти уехала на восток в Гаутланд и увезла с собой Кристин, их с конунгом дочь, а сверх того — многие сокровища конунга. Весну она также провела в Гаутланде.

В то же лето конунг Хакон выехал на восток в Вик и долго там находился. Он отправил всем епископам, которые были с конунгом Сверриром в распре, послания, дабы они явились к нему и помирились с ним, как повелел конунг Сверрир перед своей кончиной. Он также послал за своей сестрой Кристин, и ее забрали против воли 273 королевы5. Летом епископы вернулись к своим престолам и сделались друзьями конунга. Осенью конунг Хакон отплыл в Берген и пробыл там всю зиму. Всему народу он пришелся по нраву.

Той осенью из Исландии приплыл Гудмунд сын Ари6, которого избрали епископом Севера страны. Конунг принял его как нельзя лучше. Новый епископ пробыл с ним некоторое время. С тех пор он всегда был большим другом конунга.

Эйнар Священник7 был женат на сестре конунга Хакона, одной из дочерей конунга Сверрира; он был наместником на юге в Рогаланде. Он был большим хёвдингом. Конунг Хакон ставил его выше других. С Берестяниками были и многие другие хёвдинги: Хакон Шальной8, Петр Истребитель9, Сигурд Конунгов Родич10, Хроар Конунгов Родич, Эйвинд Священников Зять11 и многие другие видные люди, выделявшиеся как происхождением, так и собственной славой.

2. Про Эрлинга Каменная Стена

Эрлингом Каменная Стена звался человек, которого называли сыном конунга Магнуса сына Эрлинга. Он попал в плен в Стране Вендов11а и содержался под стражей. Одну вендку звали Маргрет. Вот как она вызволила его оттуда: они с Эрлингом разодрали одежду на части и связали из нее канат. Эрлинг выбрался через окошко на каменную стену, а оттуда по привязи вниз, но до земли привязь не доставала, и тогда он упал и повредил себе бедро. Но поскольку ночь была темной, он спасся и впоследствии объявился в Дании12. С тех пор его называли Эрлинг Каменная Стена.

В то лето, когда конунг Хакон был в Вике, Эрлинг Каменная Стена приплыл в Сканэйяр и открыл норвежцам свое происхождение. Тут же вызвались люди следовать за ним, но он сказал, что не хочет подымать войска против конунга Хакона или чинить смуту, пока тот правит Норвегией. Затем Эрлинг отплыл в Копенгаген и пробыл там зиму.

3. Кончина конунга Хакона сына Сверрира

Осенью конунг Хакон выехал в Берген и пробыл там зиму, а летом отправился на восток в Вик, но осенью вернулся в Берген и приготовился зимовать. Той же осенью Эрлинг припыл в Сканэйяр, и тогда же с востока из Гаутланда в Берген приехала королева Маргрет и осталась на зиму, и ладили они с конунгом Хаконом довольно худо.

Зимой во время йоля12а конунг Хакон заболел, и сразу настолько тяжело, что члены его отнялись. Тогда он велел отнести себя в крепость и некоторое время лежал там, а потом умер. Его похоронили в Церкви 274 Христа; над его могилой очень горевали, ибо его любили больше прочих людей. Был он веселого нрава и щедр, величав и воспитан в лучших обычаях, отважен и в ратных делах удачлив. Он всегда был для Берестяников надежной опорой, о чем написано ранее.

Королеву Маргрет обвиняли в том, что она велела одному человеку отравить питье конунга. Берестяники схватили этого человека и обвинили его, а он отрекался и предложил испытать его очищением13, и вышло так, что перед испытанием он постился и нес железо достойно и отважно. Но когда железо убрали, рука оказалась сильно обгоревшей. После этого его отвели к Бергенскому Заливу и там утопили.

4. Гутхорм сын Сигурда избран конунгом

В то же лето Берестяники избрали себе конунгом Гутхорма сына Сигурда Повелителя. Он был еще ребенком, а во главе войска стояли Хакон Шальной, сын сестры конунга Сверрира, и Петр Истребитель, сын другой сестры конунга Сверрира. Его женой в то время была Ингибьёрг, дочь конунга Магнуса. Вот кто еще был с ними: Сигурд Конунгов Родич, Эйвинд Священников Зять, Хроар Конунгов Родич и много иных именитых людей.

Когда же об этом узнали те, кто прежде был с Посошниками, они сочли, что от Берестяников ждать добра не приходится, и уехали из страны в Данию. Торлейв Ножны и сыновья Энунда Сходни, Одд Зуб и Арнбьёрн Тролль, явились к Эрлингу Каменная Стена в Копенгаген. Там у них собралось войско. К ним примкнули многие из прежних Посошников. Затем они направили послание своим друзьям в Вик и назначили им встречу у Алаборга в канун поста. Туда явились из Норвегии Хрейдар Посланник14, Сёльви сын Дис, Филиппус из Вегины15. У них было большое войско и много людей, и когда они приплыли в Вик, весь народ подчинился им, и они поплыли на запад к Осло. Там находился в то время епископ Никулас16. Эрлинг просил епископа дать ему подтвердить свое происхождение, но епископ устраивать очищение в Осло не захотел. Тогда пришли многие из предводителей войска и поддержали Эрлинга. Кончилось тем, что епископ позволил Эрлингу нести железо в Борге17, если он того хочет. Эрлинг отправился в Борг и начал поститься. Епископ подъехал, когда тот уже был готов взять железо. Тут епископ сказал, что нести не нужно, —

— езжай в Тунберг и неси железо там, ибо туда явится конунг датчан, а он должен видеть испытание.

Тогда Эрлинг выехал в Тунберг и стал дожидаться конунга датчан. Епископ Никулас и конунг датчан договорились, что конунг поедет 275 в Норвегию и возьмет с собой Филиппуса сына Симуна, сына Кари, племянника конунга Инги сына Харальда и родича епископа Никуласа18.

И вот весной в канун Ботольвова Дня18а Вальдамар Конунг Датчан прибыл в Тунберг на более чем трехстах кораблях; он плыл с миром. Тогда Эрлинг еще раз постился перед испытанием и нес железо храбро и достойно. Было это на глазах епископа с конунгом, а когда пришло время освобождать руку, конунг датчан выстроил вокруг церкви вооруженных людей, и не очисться Эрлинг, его участь легко было предвидеть. Весь день Эрлинг находился при конунге датчан. Конунг дал ему тридцать пять кораблей со всей оснасткой. Наутро был созван Хаугатинг, но еще до тинга епископ Никулас поддержкой друзей и собственным могуществом добился того, чтобы его родич Филиппус был избран ярлом. Епископ обещал положить за них все свои силы. Тогда же Эрлинга избрали конунгом. После этого он дал Филиппусу звание ярла. Затем конунг датчан уехал к себе на юг в Данию.

Было много таких, кто примкнул к Эрлингу и принес ему присягу. Теперь к Эрлингу примкнули Арнбьёрн сын Йона19, сына Гаута, и Хельги сын Биргира, Асбьёрн Набалдашник20, Гюрд сын Бентейна, Гутхорм Мутовка, Орм Длинный, Торд Ворот21, Бенедикт из Гуманеса, Симун Корова22, Кольбьёрн Рыжий23, Гюрд Косой; у них набралось много народа, и все как на подбор. В канун Иванова Дня они созвали Боргартинг. Там Эрлинг был избран конунгом, а Филиппус — ярлом. Затем они вернулись обратно в Тунберг. Все Берестяники бежали из Вика на север в Трандхейм, а некоторые — в Берген. Те Берестяники, которые прежде сидели в Бергене, бежали оттуда на север, едва до них дошли вести о том, что в Вике стоит датское войско.

Тем же летом в Трандхейме умер конунг Гутхорм. Тогда Берестяники созвали Эйратинг. На нем были архиепископ Торир24 и все умнейшие люди Трёндалега. На тинге говорили об избрании конунга. Хакон Шальной перед этим женился на фру Кристин25 вопреки советам архиепископа. Большинство бондов желало избрать Хакона26, но архиепископ был против. Еще называли Сигурда Конунгова Родича, сына дочери конунга Сигурда сына Харальда, а также Петра Истребителя, сына сестры конунга Сверрира.

Инги звался сын Сесилии Конунговой Дочери; он был брат Хакона Шального и сын Барда сына Гутхорма. Инги был тогда в Торговом Месте27, и поскольку он был тренд родом, весь народ желал его в конунги. Была на то и воля архиепископа, ибо Инги ранее воспитывался у него. И Инги избрали конунгом. Но поскольку он был юноша и полки 276 водить не обучен28, а надо было ждать больших смут, воины советовали Инги дать Хакону звание ярла, что и было сделано.

В канун Дня Олава28а Эрлинг вышел из Тунберга со всем своим войском, и они поплыли на тридцати пяти кораблях вдоль побережья на север. Они взимали военный побор и все конунговы подати и шли довольно медленно. Когда же они подошли к Бергену, в городской крепости сидели Берестяники Дагфинн29, Торгрим из Льянеса30 и Торир Ловчила, и с ними почти две сотни людей.

Посошники вошли в город и устремились наверх к крепости, и некоторое время они перестреливались из луков. Тут Эрлинг Каменная Стена сказал своим:

— Не стреляйте в них, ведь все они — наши люди.

Ночевали Посошники на кораблях, — некоторые из них стояли на якоре, а другие у Моста Монахов, — а днем всегда находились в городе. Всякий раз они поднимались к крепости, и обе стороны перестреливались из луков. Многие были ранены, но убитых было мало.

Однажды днем конунг Эрлинг и его люди прошли на гребных судах от острова Хольм до Епископского Моста; там они пристали и поднялись к Церкви Креста. Когда Берестяники это увидели, они выходят им навстречу и теснят их столь яростно, что Посошники обращаются в бегство. Эрлинг и часть людей попрыгали в воду, а другая часть пала. Некоторым удалось добраться до кораблей, и добравшись, они спросили Эрлинга, по-прежнему ли это их люди. Конунг сказал, что это так и есть.

Немного позже Посошники отплыли из города на север, ставя наместников по округам, и плыли вдоль побережья до Ругсунда. Там они стояли три недели. Тогда же епископ Никулас собрал свои подати31, и у них скопилось много денег. Тут к ним примкнули бонд Лодин из Лейкины и Никулас сын Ботольва32 со своим братом Кёрлунгом, Эйндриди Цапля, Кальв с Хорнины. В это время они узнают, что Берестяники избрали себе конунга и ярла и собираются плыть с большим войском на юг. Тогда Посошники поворачивают назад в Берген и ставят свои корабли в Лососьем Заливе.

При епископе был тогда один гебридец, который умел делать метательные орудия, и он говорил, что порушил перед этим множество крепостей, —

— и коли не порушу эту, — сказал он, — заложите меня самого в орудие и метните в крепость.

Затем к крепости подвезли бревна и начали строить орудие. Эту пору прозвали орудийной осенью. 277

В это время в город пришла весть, что у Ставафьорда показались паруса Берестяников, и что те держат путь на юг. Кормчих созвали на сходку и стали справляться, какое решение людям больше всего по душе. Конунг хотел, чтобы они остались и сразились с Берестяниками.

Епископ отвечал:

— Если ты, конунг, хочешь сразиться здесь с Берестяниками, тебе не понадобится впоследствии печься о тех, кто сейчас за тобой следует. Мой совет собраться как можно скорее, поднять наши паруса и плыть на восток в Вик. Там и будем биться с Берестяниками, если они за нами последуют.

Этот совет был принят. Епископ тотчас велел убрать шатер на своем корабле и вышел из залива в море, а за ним каждый, кто в тот миг был готов. Они плыли днем и ночью, пока не прибыли в Тунберг. Затем епископ уехал в Осло.

Берестяники вошли в Берген чуть позже того, как Посошники двинулись в путь. У них было большое войско и крупные суда; они сочли, что в преддверии зимы угнаться за Посошниками будет трудно. Некоторое время они пробыли в Бергене; а после вернулись обратно на север в Трандхейм и провели зиму там, а Посошники — в Вике. В Упплёнде были и те, и другие.

5. Перечень Мужей

В Упплёнде из Берестяников были Ульв Петух, Харальд Пика33, Гудлейк Кадушка Жира и много иных предводителей. А из Посошников были Торальди сын Ауги, Гудлейк Увёртка34, в Хрингарики — Бенедикт из Гуманеса, в Вальдресе — Йон Прислужник. Зимой они убили Нарви Копье, и с ним множество народа, но некоторым удалось спастись и бежать в Согн. И Берестяники, и Посошники нередко нападали друг на друга или устраивали засады; с обеих сторон были убитые.

Весной после пасхи Эрлинг отрядил свои весельные ладьи и все легкие суда. Над ними были Арнбьёрн сын Йона, Никулас сын Ботольва, Лодин Окольничий35, Гюрд сын Бентейна, Атли Служанка. У них было восемнадцать кораблей; они собирались идти в Берген и шли быстро. Но когда они подошли к Фьольбюрье, до них дошли вести, что Эйнар Конунгов Зять сидит в Ставангре и ничего не проведал об их походе. Тогда они повернули туда и днем прошли на парусах мимо Ядара, а к середине дня подошли к городу. Когда же до Эйнара дошла весть об их походе, он был на заключении мировой. Он не рассчитывал, что до них доберутся так скоро, а когда Эйнар и его люди 278 увидели корабли, они побежали в церковь Свитхуна и в церковную звонницу.

Посошники взломали церковь и предложили Эйнару пощаду. Затем они зашли внутрь; тогда Эйнар принес на мощах Свитхуна клятву никогда не быть против конунга Эрлинга. После этого его вывели наружу. Предводители хотели оставить ему жизнь, но воины решили по-своему и убили его. Было убито еще четверо из тех, кого вытащили из церкви; около пятидесяти человек получило пощаду. Посошники захватили там большие деньги с военных поборов, которые Эйнар ранее собрал с Рогаланда. Затем Посошники вернулись обратно в Тунберг.

6. Про Берестяников и Посошников

Берестяники потребовали ополчения со всего севера страны и весной выехали на юг в Берген с очень большим войском, а затем двинулись на восток в Вик. Петр Истребитель забрал себе наместничество, на котором прежде сидел Эйнар, и посадил там Ани, сына своей сестры, с Торкелем Драконом. Сам же Петр поехал с конунгом на восток.

Посошники были в Тунберге: корабли их были снаряжены, и они собирались идти на север. Но когда дошли вести о Берестяниках, они собрались на совет. Епископ Никулас сказал, что биться с таким полчищем нельзя, и нет иного выхода, как отплыть в Данию. Было решено поднять паруса и плыть юг в Халланд; некоторое время они стоят в Виске.

Берестяники вошли в Тунберг и созвали там Хаугатинг. На нем Инги был избран конунгом, а Хакон ярлом. Они снова подчинили Вик себе и посадили наместников. Потом они отправились в Борг и созвали Боргартинг. Там Инги также был избран конунгом, а Хакон — ярлом. Затем они вернулись в Тунберг.

А когда об этом узнают Посошники, они держат совет. Ярл Филиппус отплыл с севера в Вик, и с ним Арнбьёрн, Филиппус из Вегины, Хрейдар, Никулас сын Ботольва, Атли Служанка, Хельги Кишка; у них было двадцать кораблей. Конунг с частью войска остался. Епископ Никулас уехал на юг в Копенгаген.

Посошники плыли на север во всю мочь и рассчитывали нагрянуть внезапно, но когда они вошли в Хавстейнсунд, им стало известно, что на восточном берегу Берестяников нет, и они дожидаются наступления ночи, чтобы пересечь фьорд. В это время с юга у Траума показался большой торговый корабль, и он сразу ушел из пролива и поплыл к городу. Тут стражники стали скликать войско. Торговый корабль 279 минует пролив и плывет поперек фьорда. Посошники смекнули, что весть о них успеет дойти до Тунберга; они налегают на весла и гребут вслед. Корабль уже шел мимо мыса Бримстейн; когда Посошники убедились, что нагнать его не удастся, они повернули назад в Хавстейнсунд. Затем они отвели все войско в Лимафьорд и летом долго находились в Алаборге. Туда прибыл и епископ Никулас. Потом они отплыли из Конунгахеллы на север к Аугусунду, и сошли там на берег, а корабли вместе с Арнбьёрном Троллем, Лодином Окольничим и почти двумя сотнями людей отослали обратно на юг в Халланд. Те плыли на юг до Ницы и вытащили там корабли на берег. Туда прибыл тогда же и епископ Никулас: он сошел с Книжной Торбы на землю и поехал на запад в Вик посуху. С ним отправились многие Посошники, но некоторые добирались туда на мелких судах. Осенью они встретились в Борге. Все свои корабли они отвели в горы в озеро Мьёрс, а оттуда — еще дальше на север в Хейдмёрк. На подходе к Малому Хамару убили Одда Зуба; это сделал Гудлейк Кадушка Жира. Он выбежал из лесу сам четвертый, а потом скрылся обратно в лесу.

Посошники взяли путь на север через горы, спустились в Уппдаль, далее в Оркадаль и ехали оттуда до Торгового Места. Несколько отрядов Посошников выехало из Упплёнда и спустилось в Хардангр. Вот кто из предводителей был там: Сёрквир Олух, Симун Вол36, Эрлинг Короткая Шея, Халли Наковальня, Эгмунд Дубовая Роща. У них было тридцать человек. Они убили Эрлинга Берестяника и его сына. Тут они проведали, что Торкель Дракон и его люди находятся неподалеку и отправились искать их. А Торкель и с ним двадцать пять человек плыли на весельной ладье37; они пристали напротив Эгвальдснеса и разбили шатер. Посошники пристали возле Бэ и пошли берегом. Сперва они сняли стражников, а затем обрушили шатер. Там пал Торкель и вся его челядь. Те Посошники, которые достигли Торгового Места, не встретили сопротивления и оставались некоторое время в городе. Затем они созвали Эйратинг, и к ним пришло мало народа. Там Эрлинг был избран конунгом, а Филиппус — ярлом. Были посажены наместники, и им досталось мало денег с этих мест.

Узнав о том, что Посошники выехали на север через горы, Берестяники разделили свое войско. Конунг Инги со своим войском поехал на север, а ярл Хакон поехал на юг со своим и застал тех, кто стерег корабли в Нице, врасплох. При этом пало почти тридцать человек Посошников, а все остальные бежали в горы. Там пал Арнбьёрн Тролль. Ярл Хакон захватил там все их суда и даже Книжную Торбу, корабль епископа Никуласа. Некоторые корабли они сожгли, а другие забрали 280 с собой. К осени Берестяники снова вернулись в Вик; ярл выехал на север в Берген, а конунг Инги отплыл в Трандхейм.

Посошники отрядили Асбьёрна Набалдашника и Торальди Кожаное Кольцо с двумя ладьями на юг в Мёр за вестями. Те увидели, как Берестяники идут мимо Стима; тогда они повернули на север. Увидав их, Берестяники устремились в погоню и гнали их весь день. Часть Берестяников зашла в Тингваллар. Там находился Гутхорм Мутовка; он был наместник. Берестяники настигли его на берегу. Гутхорм пал со своими людьми.

Поздно вечером Асбьёрн Набалдашник пристал со своими людьми у Сольскеля. Ночью к ним подошли Берестяники, согнали их на берег и обложили остров. Утром они обыскали его и почти всех убили. Асбьёрну с несколькими людьми удалось спастись. Потом Берестяники двинулись в путь и севернее Агданеса захватили ладью Посошников, и после этого вошли в город. Посошники тотчас бежали из города по мосту в горы на восток в Эйстридаль через хребет Сканэйярфьялль, и не делали привала, пока не прибыли в Осло, а некоторые из них засели на Большом Острове. Конунг Инги той зимой был в Торговом Месте, а ярл Хакон — в Бергене.

Ранее осенью, когда Посошников застигли в Нице, они бежали на север через Халланд, и путь их был труден. Поздно вечером они подошли к Льодхусу. Там с двумя ладьями стояли Берестяники. Это были люди Халльварда Нагорного Жеребца. Они ничего не подозревали, пока Посошники не подошли к ним и не перебили их почти всех. Посошники захватили корабли и поднялись на них вверх по реке до водопада Наустдальфорс. Там они вытащили корабли на берег и сожгли их, а после поехали в Маркир и далее на север в Упплёнд и встретили своего конунга у озера Мьёрс. Хальвард Нагорный Жеребец спасся, так как он был на берегу в городе.

7. Про наместников

Сразу после йоля наместники выехали в свои округа38. Филиппус из Вегины был наместником в Борге. Он велел построить две весельные ладьи, Асбьёрн Набалдашник одну, Торальди сын Ауги одну, Орм Длинный в Одинсэйе одну, Торстейн Вор одну, Йон Королева две ладьи у Эльва, Гудольв из Блаккастадира39 и Гуннар сын Асы40 две, Хрейдар две41, ярл Филиппус две, Торд Ворот42 одну, Хундольв Жар и Гунни Длинный две ладьи в Скидани, Гюрд сын Бентейна одну. Всего было построено двадцать две ладьи. А конунг набрал на них войско. 281

Они поплыли на юг к Конунгахелле через Вик и пришли туда примерно к середине поста, а после повернули на север в Тунберг. На третий день второй недели весть о постройке судов дошла до Берестяников. В страстную пятницу Посошники вышли из города, на второй день пасхи прибыли в Гриндхольмсунд, в субботу приплыли в Портюрью, в воскресенье — в Эсьюнесьяр. Там собралось все их войско. Конунг говорит, что хочет идти на север. Перед этим они отрядили за вестями несколько ладей; предводителями на них были Симун Корова сын Рагнара и Арнтор Метель из Бьяргсхейма. Этот замысел пришелся по душе не всем.

На третий день конунг двинулся оттуда в Рандарсунд, но ехать не захотели и остались в Эсьюнесьяр Орм Длинный, Рагнар сын Гамаля, Гуннар сын Асы, Бенедикт из Гуманеса с четырьмя кораблями. Они проведали, что Торгильс Шелудивый Пёс собрал в долине Хвинисдаль большие деньги с военного побора. Утром они отплыли туда и вскоре прибыли к острову Хит; там они узнали, что Торгильс и его люди отправились за побором дальше на север. Тогда они поплыли вслед за ним и на подходе к Фокстейнар увидали паруса грузовых судов. Когда люди на грузовых судах увидели их ладьи, они свернули в залив Рёкуваг и бежали там на берег, а Посошники захватили деньги и к вечеру явились в Эйкундасунд.

8. Убит Йон Королева

В ту нору, когда Посошники строили ладьи, Йон Королева был наместником на востоке у Эльва. Он разъезжал со своей свитой по пирам. Он явился к бонду по имени Транд. У того была красивая жена. Йон вызвал их обоих для беседы на чердак. Хозяйка пошла первой, и едва она зашла, Йон повернулся к бонду и вытолкал его наружу, а дверь запер. А когда бонд об этом рассказал, Йон пригрозил ему тяжбой за клевету и велел схватить его и отвести к себе на корабль, привязав к хвосту лошади. Бонд откупился полмаркой золота и был тому рад.

Семью ночами позже Йон был на пиру в месте, которое называется Форсала. Рано утром он пошел в церковь вместе с другим человеком, а Транд и с ним семеро лежали в засаде, неподалеку и видели как он идет. Тут они бросились к церкви. Йон побежал к клиросу. Транд метнул в Йона копье и ранил его. Тогда Йон выбежал через клирос из церкви, а Транд за ним; в поле они убили его. Транд отрубил ему голову. Тело Иона отвезли в Конунгахеллу и похоронили там возле Монастыря, а Транд после этого отправился к Берестяникам. 282

Гуннбьёрн, брат Йона43 и Сёльви сын Дис мстили за него и убили девять человек, а семерым отрубили по ноге.

9. Про Посошников

Посошники некоторое время стояли в Эйкундасунде, а на пятый день отплыли оттуда на север в Хвитингсэйяр, минуя Ядар. Вечером они подошли к Кармсунду; было так темно, что основная часть войска отстала и не могла найти дорогу. Многие суда углубились в Фюлинсфьорд и достигли Кармсунда лишь к ночи. Затем они двинулись на север в Сиггьярваг; там они созвали кормчих на сходку и говорили о том, идти ли им на Берген, или плыть дальше на север. Они вызнали тогда, что ярл Хакон в городе и еще о них не проведал: поэтому большинство склонялось к тому, чтобы идти на него. Хрейдар Посланник возражал им и хотел, чтобы они обратились против конунга, и так было решено. Днем они пристали в Скалавике. Тут они отрядили две ладьи в Гравдаль, и те схватили там двух мельников и привезли их к войску. Они рассказали, что вести уже дошли до ярла, и все горожане стоят на дворе Церкви Христа во всеоружии. Тогда опять стали совещаться, что делать. Конунг хотел идти на город, но Хрейдар этого не допустил, а его совет был самым весомым. Затем были подняты паруса, и они отплыли от Вёлунеса, миновали Фенхринг и поплыли привычным путем на север. В заливе Викингаваг им повстречалось три грузовых судна44. На них плыли Берестяники; они убили там несколько человек, а прочие бежали на остров.

В понедельник вечером Посошники пристали в Скутусунде, поднялись к хутору и справились о новостях, сказав что они Берестяники. Бонд рассказал, что днем ему случилось везти посыльных с письмом для конунга Инги, и сказал, где их можно ждать ночью. Посошники тотчас поехали и убили посыльных, а письмо привезли конунгу Эрлингу. Было в нем то, что ярл Хакон слал привет своему брату конунгу Инги и просил его держать в уме, что Посошники двинулись на север,

— и я не знаю, — говорит он, — пойдут ли они на вас, ибо войско у них небольшое. Бояться их не надо.

На третий день они входят на веслах в Ангр на севере. Был встречный ветер, так что навстречу им вынесло грузовые суда на зарифленных парусах. Посошники выведали, что в Боргунде собран большой побор, и там построен сорокавесельник. В среду подул резкий ветер с севера; Они двинулись в путь, но все суда, кроме четырех ладей ярла Филиппуса, отнесло назад, так что в Боргунд они пришли лишь к ночи. Там они убили восемнадцать человек, захватив весь побор, а длинное судно сожгли. 283

На пятый день конунг подошел на веслах к острову Иксней, и они сделали там привал на ночь. В этот время до них дошли вести с севера из Торгового Места, что конунг Инги выдает свою сестру Сигрид45 за Торгрима с Льянеса, и свадьбе быть в пятницу, а также о том, что Берестяники построили в Раумсдале длинное судно46. Тогда они отрядили туда Филиппуса из Вегины с Тордом Воротом на двух ладьях. Все войско пошло дальше к Люнгверу. А Филиппус и его люди вечером прибыли в Веэйяр и заняли дальний залив. Берестяники держали в ближнем заливе гребную ладью. Посошники нашли на ней немного народа, но взяли большой побор, а длинное судно сожгли. Они сделали там привал на ночь. В пятницу вечером подул сильный попутный ветер. Тогда Посошники подняли паруса и ночью отплыли на север. Они задержались там на день потому, что не могли до рассвета обыскать хутор. А сидел в нем Йон Смурной со своей челядью.

Вот войско вошло в Свеггьядарсунд: ветер усилился и разыгралась буря. Днем они стали в Веддэй. Там они собрались и стали держать совет.

Тут Арнбьёрн сын Йона, а также Хрейдар, сказали, что разумно подождать войска, ведь две ладьи их задержались во Фьордах, а Филиппус и его люди еще не вернулись.

— По мне, так лучше — сказал конунг — иметь четырнадцать ладей в городе ночью, чем вполовину больше утром.

Тогда они спешат на свои места, разворачивают паруса и плывут на север, и вечером проходят мыс Агданес; все уже было готово для нападения.

Тут Лодин Окольничий выступил и сказал, чтобы люди шли вперед, не страшась, а причаливать, мол, надо с моря у Отмели напротив Торговой Палаты и что —

— лучше сейчас пасть со славой, чем долее скитаться по стране. К тому же более чем вероятно, что если мы дрогнем и побежим, гнать нас будут не только Берестяники, но и горожане. Однако может статься, что у них нет о нас вестей, и они лежат мертвецки пьяные, ведь похоже на то, что многие не жалели себе меда с вином, чтоб упиться допьяна. Свита конунга и его стяг пойдут по западной улице, ярл же и Арнбьёрн — по северной. Арнтор Метель и Симун Вол со своими людьми — у них был общий корабль — подойдут к реке, чтобы не пропустить тех, кто бросится вплавь.

Тут были подняты паруса, и они вошли вглубь фьорда, к чему все и шло. Ночь была темной. 284

10. О посылке писем

Ярл Хакон велел составить три письма в Бергене, и все на один лад. Одно письмо захватили Посошники, о чем написано ранее, но другое дошло до конунга; третье запоздало. В субботу вечером письмо пришло к конунгу Инги, и он прочел его и показал хёвдингам, и вечером решили скликать все войско с оружием к Торговой Палате. Но когда об этом узнал Торгрим, он попросил конунга не портить угощения и сказал, что сам позаботится о ночной страже в городе и отрядит туда своих челядинцев. Он прибавил, что не думает, будто Посошники решатся напасть на город при таком множестве народа, какое там было. Конунг был сильно пьян, как и все войско. Поэтому вскоре решили не скликать его к условленному месту. Сидели допоздна, а те, кого нарядили в стражу — челядинцы Сигвальди Селянина — объявили, что они не хуже прочих, чтоб не спать ночью, и напились до бесчувствия. Стражи выставлено не было, и обхода никто не делал. Конунг спал на дворе Сигурда Клятвы.

11. Про Посошников. Битва в городе

Посошники вошли во фьорд ночью и прошли вдоль берега мимо Фладки к кряжу Гауларасс. У Илы они свернули паруса и приготовились к битве. Тут налетел снежный вихрь и настала кромешная тьма. Затем они разделились. Арнтор со своими людьми прошел на веслах до реки, но когда они вошли в устье, Арнтор не захотел сходить на берег, а Симун с частью людей хотел сойти, но решал все же Арнтор.

Другой отряд пристал у Отмели; они соскочили на берег, едва корабли ткнулись в землю, побежали наверх в город, как им было указано, и протрубили боевой клич. В городе же стояла мертвая тишина. Тут Посошники с воплем и шумом побежали вверх по улице, ломая постройки. Убитых при этом не было. Добравшись до Церкви Христа, они устремились обратно через окрестное поле. Тут были убиты те, кто бросился в бегство. Затем Посошники еще раз побежали но улице вверх. В этот раз пало много людей. Торд Брат Фингейра47 был убит первым: он пал перед своим двором. На дальней улице им повстречалось четверо во главе с Торгримом с Льянеса; трое из них пали. Но когда Посошники перебежали через них, Торгрим поднялся; он был тяжело ранен.

Конунг Инги спал возле своей наложницы, и подле него было мало людей. Когда в первый раз донесся боевой вопль, женщины разбудили его, и он с трудом пробудился и промолвил, как в неразумии:

— Чего? Чего?

— Государь, — говорят те, — в город вошли враги. 285

Тогда он вскочил и бросился к дверям и услышал снаружи шум. Он залез на крышу и лежал, пока Посошники бегали по двору, а когда на улице поутихло, он спрыгнул и побежал к мосту, а оттуда — дальше к реке. Там на якоре стоял какой-то корабль, и он бросился к нему, ухватился за канат и решил взобраться но нему на борт. Тут холщовые штаны конунга лопнули и повисли вдоль каната.

На корабле был какой-то человек, и он сказал:

— Не держи канат, парень, а лучше иди своей дорогой.

Конунг промолчал. Купец же схватил багор и бросил в него, так что конунг отпустил канат. Тут конунг упал в воду. В это время в реку бросилось множество народа, кто раньше конунга, а кто позже. Конунг перебрался через реку и взошел на небольшой холм. Там он упал и больше идти не мог. Он страдал как от холода, так и от изнеможения.

Тут он увидел, как поднимается Ивар Любимец Женщин, и он сказал ему:

— Ивар, — говорит он, — помоги мне.

Ивар отвечает:

— Сперва я намерен помочь самому себе.

И он отошел прочь.

Немного позже из реки вышли несколько человек, и во главе их был Рейдульв Брат Барда48. Он подошел к конунгу и сказал:

— Вы ли здесь, государь?

Тот отвечал:

— Так называли меня вчера.

Рейдульв сказал:

— Таков ты по-прежнему, и таким будешь, пока живы мы оба.

Он снял с себя накидку, обернул в нее конунга, подхватил его и понес но нолю, взвалив себе на плечи. Так они шли до Скусаса. Там конунг получил тягловую лошадь с санями и одежду, в чем они очень нуждались, ведь у Рейдульва до этого, кроме штанов и рубашки, ничего не было. Рейдульв вез конунга до Стринда.

Сигвальди Селянин и с ним восемь человек защищались на чердаке дома Сигурда Желудя, и все там пали. Бергсвейн Длинный, знаменоносец конунга Инги, был убит, но когда Посошники от него отошли, какие-то женщины вытащили стяг из-за его ремня и спрятали. Кольбейн Носильщик с пятью людьми пал у Церкви Грегориуса. Эйвинд Стрелок пал в Полях с семью людьми. Кольбейн Кудельный Нос49 пал на северной улице с четырьмя людьми. Халльвард Нагорный Жеребец пал с двумя людьми у Церкви Креста. Йон Кособокий защищался в одиночку и был убит у себя на чердаке ниже Торга. 286

Берестяники собрали в Полях сорок человек. Во главе их были Сигурд Косой50, Эрнольв Плюсна, Торгильс Чулок, Торфинн Трубач. Они убили в Рядах Посошника по имени Стюр, а на улице — еще одного, исландца по имени Кольскегг. Затем Берестяники бросились к воротам дома, где обложили Сигвальди. Весь двор был заполнен Посошниками. Гудольв из Блаккастадира выступил навстречу Берестяникам и, выставив перед собой щит, нанес удар мечом. Удар пришелся Эрнольву в лоб ниже шишака. Тут Берестяники обратились в бегство, и большинство укрылось в Церкви Христа. Эрнольв бросился в реку и его тело нашли на другом берегу.

Какие-то женщины сказали Посошникам, будто конунг Инги в Церкви Марии. Те побежали туда и срубили порог. Тут церковь отворилась. В ней было двое наместников, Олав из Льяренда и Ивар Драный, и всего девять человек. Олава застрелили в глаз прямо в церкви, и все они были убиты. В Церкви Олава был Бьяльви Полушубок с двенадцатью людьми; все они были убиты. В Церкви Андреса был Бард Бутуз с четырьмя людьми. Барда зарубили; он отважно защищался. Троих его спутников убили, а четвертому отрубили руку.

В воскресенье, когда рассвело, Посошники разделили войско и поделили между собой город для разграбления. Один отряд был у конунга, второй у ярла Филиппуса, третий у Арнбьёрна с Гудольвом, у Хрейдара с Филиппусом — четвертый. Торд и Филиппус со своими людьми подошли к городу утром с южной стороны. Тогда был разграблен весь город. При этом обнаружилось множество спрятавшихся, и почти все были убиты. Было также захвачено большое богатство. Во вторник были поделены корабли, которые они пожелали увести с собой. Конунг взял себе Золотую Грудь, а ярл — Гостевую Ложку, Арнбьёрн — Колпак, Хрейдар — Лебедя, Филиппус — Грозный Ствол51. Гудольв из Блаккастадира тоже взял себе большой корабль. Чесотку, Лохань и еще один корабль они сожгли, как и несколько весельных ладей.

На ночь Посошники становились в море напротив Борга, а днем они снаряжали корабли. В среду вечером добычу собрали в Торговых Палатах, а в четверг, пятницу и субботу был дележ. Там было три сотни кольчуг с поножами. Это было большое богатство, так что каждый получил не менее трех или четырех марок.

12. Про конунга Инги

Конунг Инги выехал в Стринд, а оттуда дальней дорогой в долину Гаулардаль. К нему присоединялись воины, которым удалось спастись, а также бонды. У него набралось тогда более двадцати сотен 287 людей. Затем он выехал к городу. Во вторник вечером Посошники вышли в море у Хольма и в среду достигли Агданеса. Они увели с собой отряд горожан, всех, кого они смогли набрать, и поплыли вдоль побережья на юг. Тогда же созывали ополчение и забирали каждого, кто попадался.

Ярл Хакон на юге тотчас собрался в путь, как только узнал новости и поплыл на север мимо Стада. Он наскочил на камень и разбил корабль; при этом погибло пятнадцать человек. Другие корабли подошли к ним и подобрали людей из воды. Когда же ярл достиг Стима, он поднял паруса и поплыл напрямую. Войско Посошников стояло тогда у Маркархольма, но когда они увидели паруса, они отошли на север и выстроились за проливом Лангэйярсунд.

Ярл занял Свеггьядарсунд. Тут они увидели корабли Посошников и решили, что им не хватает войска, чтобы биться с ними. Они пошли на веслах но фьорду на север и плыли до самого Хамрарсунда, а Посошники шли вслед за ними. Тогда Берестяники выстроились в море у острова Эдей. В это время ветер подул с запада. Берестяники подняли паруса, а Посошники отошли назад. Ярл отплыл на север, а Посошники — на юг в Берген. В крепости сидели тогда Свертинг с Ториром Ловчилой, Ивар Брызгун, Эйрик Макси. Днем Посошники были в городе, а по ночам спали на кораблях. У них было очень большое войско.

Орм Длинный прибыл в Берген с востока вместе с Маргрет Конунговой Дочерью, женой Филиппуса из Вегины; немного позже ему вверили дружину и челядь Бенедикта из Гуманеса. Тот к тому времени тоже вернулся с востока. Они поднялись со своей челядью на Яр и выставили там стражу, но когда сидевшие в крепости это увидели, они выскочили и набросились на них, и Посошники обратились в бегство. Там пал Орм Длинный. Часто на склоне дня случалось, что Посошники спьяну забирались наверх к крепости. Некоторых при этом ранили, а иных забивали и до смерти.

13. Про ярла Хакона

Через пять недель ярл Хакон стал собираться на юг, но прежде в Торговом Месте построили большие суда. Ярл выехал сразу, как был готов; у него было пять длинных судов и тринадцать весельных ладей. Но когда он прибыл в Хиндэйяр у Стада, он оставил там все крупные суда и отобрал себе храбрейшую часть войска. Андреса Засранца с крупными судами ярл отослал обратно в Трандхейм, а сам пошел с ладьями на юг.

В Мьядмарсунде стояли две ладьи Посошников. Правили ими Мартейн Содди и Кольбейн Толстый Уд. Ярл и его люди подошли на веслах 288 к Согнсьё. Тогда Посошники отплыли на юг. Берестяники преследовали их вовсю. В Кейлустрауме Кольбейн наскочил на камень. Люди ярла захватили их ладью и почти всех перебили. Мартейн и его люди вечером донесли вести до города.

Ярл пристал к Высокому Острову. Ночью они зашли в Арнарфьорд, свезли все снасти в лес и спрятали их, поставив стражу. Затем они двинулись на юг через гору и следующей ночью подошли к Бергену.

Посошники отдали своим людям все распоряжения. Конунг был в верхней части города на дворе Церкви Марии. Наверху у Копра, где не хватало домов, поставили заграждения. За ними стояло множество воинов. Ярл с Филиппусом из Вегины выстроились с большим войском перед Церковью Никуласа.

Утром обе стороны переговаривались. Посошники предлагали Берестяникам спускаться с горы. Те отвечали, что в городе их ждет завтрак, и они-таки спустятся. У Посошников было более двух тысяч отлично вооруженных людей, а у Берестяников — шестьсот человек. У них было два знамени. С одним наступал Петр Истребитель: он выступил вниз и обратился против ярла. Ярл Хакон шел сверху от Копра. Как только войско вторглось в город, ярл Филиппус тотчас бежал вниз по улице. Ярл Хакон и его люди сломали заграждения; тут Посошники обратились в бегство.

Посошники ранее захватили в Торговом Месте Торфинна Трубача и трубу Будящую Дух, которая прежде принадлежала конунгу Сверриру. Конунг Эрлинг велел Торфинну Трубачу трубить, как только ярл Хакон войдет в город. Торфинн не извлек из трубы ни звука, и клича не получилось. Берестяники наступали уже возле самого двора. Им не оказывали сопротивления. Тут каждый побежал пуще другого, и когда Эрлинг показался у Церкви Марии, Торфинн Трубач сказал ему:

— Государь, — сказал он, — бежим внутрь в церковь.

Конунг промолчал и внутрь не зашел. Торфинн, и с ним многие Берестяники, бросились в церковь. А когда ярл показался на дворе, Берестяники выбежали из церкви ему навстречу. Тут Торфинн затрубил в Будящую Дух с такой силой, что каменные стены зазвенели. Теперь бегущие кинулись к Церкви Христа, а оттуда к Большому Двору. У ворот образовалась страшная давка, и люди полегли там друг на друге. Там было большое побоище. Ярлу удалось выбраться наверх и уйти к мосту; он был сильно ранен. Перед Церковью Лавранца пали Торд Ворот и Бенедикт из Гуманеса, Гунни Длинный. Тогда Берестяники решили добить раненых. Но кто-то из них сказал:

— Не будим рубить, — сказал он, — среди них наши. 289

Тогда решили не рубить.

Тут те из Посошников, кто мог, вскочили на ноги, и многим удалось спастись, но многие пали. Потом Посошники побежали к кораблям, а Берестяники — на пристань. Они ухватились за канаты и потащили корабли на себя, а Посошники отбивались. Тут с обеих сторон в ход пошло любое оружие, какое было под рукой. Посошники обрубили канаты и отчалили. Они вытащили многих своих из воды и сразу вышли в море, а некоторые подошли к Мосту Монахов и подобрали бежавших из города. После этого Посошники поплыли на север вдоль берега и зашли в Арнарфьорд, а Берестяники, которых ярл оставил там стеречь корабли, тотчас бежали в лес, едва увидели их паруса; перед этим они испортили корабли. Посошники вытащили корабли на берег и выправили их. Часть их пошла в лес искать снасти, и почти все они нашлись. Ночью они, не мешкая, отплыли на север. Во главе отряда был Филиппус из Вегины.

А те из Берестяников, которые должны были плыть с большими судами на север, не захотели идти мимо Стада на веслах, остановились в Сильде и, отправив за вестями на юг в Ульвасунд шестивесельную лодку, стали ждать попутного ветра. Когда же на лодке увидели, что с юга плывет войско, они отплыли на север и сказали своим, что с юга на веслах идет тринадцать ладей, и признали в них те, что ярл брал с собой. Они поднимают шатры и заходят вглубь фьорда. Тут они видят, что ладьи преследуют их, и что штевни не прикрыты щитами. Они понимают, что это враги, и гребут дальше к Мольдафьорду. Ладьи гонят их во всю мочь, и когда Берестяники пристают, они бегут на берег; кое-кто прыгнул в воду. Посошники набросились на них. Там пал Андрес Засранец, и с ним почти две сотни людей. Посошники захватили и корабли, и все, что на них было. Им выпала большая добыча. Затем Посошники вернулись на юг и застали своего конунга в заливе Викингаваг.

14. Про ярла Хакона

Ярл Хакон сразу выехал из Бергена, как только узнал, что Посошники повернули на север. Ярл поднялся в Боргарскард, спустился оттуда в Острарфьорд, поднялся в Вёр и поехал на север горным путем через Раудафьялль и через долину Лерадаль в Согне. Путь его лежал через Вальдрес и Гудбрансдаль на север. Перевалив через хребет Дофрафьялль, он прибыл в Трандхейм и встретил там конунга Инги.

Посошники отправились в Берген и некоторое время пробыли там. Ярл Филиппус с большими судами отплыл на восток, а у конунга остались 290 сорокавесельники и множество более мелких судов. Потом он отплыл на север к Стиму и стал в проливе Фрекэйярсунд. Он выслал ладьи в Северный Мёр и созвал ополчения со всех людей и весей, и отобрал столько, сколько ему было нужно. Он взял тогда подати со всей страны. После этого он отплыл назад и прошел северный Саудунгссунд, через который, как была молва, не удавалось пройти ни одному конунгу52. Потом он поплыл к Тунбергу и прибыл туда незадолго до йоля. После йоля ярл Филиппус отплыл с сорокавесельниками и многими мелкими судами на север и прибыл в Берген.

Конунг Эрлинг велел тогда строить длинное судно, Хрейдар — другое, Филиппус — третье. Они были много больше тех, которые прежде делали в Норвегии53. На них было два ряда весел между бортами и палубой. Шатер покрывал двадцать пять скамей. На каждой полускамье помещалось восемь человек. Самые рослые из стоявших в нижнем ряду на поперечине могли достать края палубы широкой секирой.

Вскоре после йоля конунг Эрлинг заболел и умер. Смерть его некоторое время скрывали. Тело конунга сперва семь ночей держали в потайном месте. Затем тело отвезли в Церковь Олава, и оно находилось там. Тогда послали ладью на север за ярлом. Предводителем на ней был Олав сын Торы54. Он встретил ярла в Бергене и сообщил ему новости. А народу объявили, что ярла хочет видеть Конунг Датчан.

Ярл прибыл в Тунберг во время поста. Тут было объявлено о кончине конунга. Затем тело погребли в Церкви Олава. Конунга положили у церковной стены к северу от алтаря. После этого ярл Филиппус принял власть на себя и собрал войско, и во время поста оно находилось в Тунберге.

Эрлинг Каменная Стена оставил после себя двух сыновей, Магнуса и Сигурда. Сигурду было в то время четыре года, и Эрлинг ранее признал его своим сыном55. Магнусу было тогда восемь лет, и Эрлинг устраивал испытание о том, кто его отец. После этого его называли сыном Эрлинга. Ярл сказал, что есть надежда на хорошего конунга, раз остались сыновья Эрлинга. Войску это понравилось.

Епископ Никулас и ярл Филиппус все время слали друг другу письма. Епископ также тайно встречался с бондами и все больше — с самыми могущественными — и подолгу говорил с ними. Спустя полмесяца после пасхи Посошники двинулись всем войском в Борг. Они взяли с собой сыновей Каменной Стены. Тогда же был созван Боргартинг. Туда прибыл епископ Никулас. Тинг был на дворе Церкви Марии. Епископ находился в церкви, и вместе с ним были самые могущественные 291 бонды, за которыми было основное слово. Он держал перед ними речь в церкви, и они вполне сговорились насчет избрания конунга.

На тинге речь держал Хрейдар. Он сказал, что нужно выбрать себе предводителя.

— Нам в этом деле выпал добрый удел, ибо с нами два сына Эрлинга Каменная Стена. Изберем того, кто будет угоден войску.

Люди хвалили эти слова.

Ответа бонды сразу не дали, так как самые могущественные из них, от кого зависело больше всего, находились в церкви. Тогда послали за ними в церковь, и они пришли на тинг. Один из их взял тогда слово и сказал так:

— Верно, — сказал он, — что у нас крайняя нужда в том, чтобы предводитель был избран нами совместно. Мы, бонды, уже приняли наше решение. Наше мнение, что в таком деле не стоит связываться с детьми. Сдается нам, что нужно избрать того, кто и умом наделен, и привычен как к делам ратным, так и к вольностям бондов. Хотим иметь того конунга, который будет нас защищать. И вот, все здесь сложилось удачно, ибо мы почитаем за добро иметь такого хёвдинга, как ярл, сын сестры конунга Инги сына Харальда, лучшего конунга на памяти людей. Он испытан в добрых обычаях. Дадим имя конунга ему, коли согласны вы.

Лодин Окольничий ответил:

— Вам, бондам, решать, кого избрать конунгом, но воины хотят все же, чтобы конунгом избрали одного из сыновей Эрлинга, любого из них, кто понравится людям больше.

Воины зашумели и сказали, что так и есть.

— Если вы не хотите — говорят бонды, — того конунга, какого хотим мы, не примем никого и не будем платить подати никому из вас.

И когда дело обернулось так, воины увидели, что пойти на это не могут, ведь коли войско рассеется, пощады от Берестяников ждать не придется. Тогда все согласились предоставить решение бондам. Эрленд из Хусабэ с Хеггины56 дал Филиппусу звание конунга. Затем встал другой бонд и присудил военный побор, весло и упряжь57. После этого разошлись по кораблям. Наутро Посошники отплыли обратно в Тунберг. Они отрядили тогда шестнадцать ладей на север. Во главе их были Арнбьёрн сын Иона, Эйндриди Цапля, Никулас сын Ботольва, Арнтор Метель, Гюрд сын Бентейна.

В это время умер Филиппус из Вегины. Он слег во время морового поветрия. К нему пришла болезнь, и он лежал недолгое время, и его погребли у церкви Олава. 292

15. Про Берестяников и Посошников

Той же весной Берестяники собрались на юг и вывели с собой большие суда, которые по их приказу построили в Торговом Месте. Среди них три имели более тридцати скамей, и многие имели по двадцать. Они собрали очень большое войско и отплыли на юг в Берген. За вестями на юг отрядили четырнадцать ладей. Во главе их были Торстейн Затейник и Свейн Брюква, а конунг и ярл с большими судами вышли позднее и стали у Хвитингсэйяр.

Посошники плыли с востока к Сельэйяр. Тут они узнали, что Торгильс Шелудивый Пес находится в Веггьяр в Сокне и уже собрал военный побор. В это время дул слабый северный ветер. Утром с восходом солнца они двинулись на север. Все корабли должны были собраться в Хитрар. Они прибыли туда до полудня, но Арнтор продолжал идти на север. А когда Арнтор показался у устья реки, Берестяники выплыли оттуда им навстречу на двух ладьях и устремились на них. Тогда Арнтор повернул прочь и поднял парус. Берестяники же отплыли на север к Хадюру.

Посошники зашли в Сокн и стали в реке всем войском. Три ладьи они послали за вестями на север, и когда те прибыли в Сельваг, они вызнали, что в Эйкиндасунде стоит двенадцать ладей Берестяников. Тогда Посошники идут на север к Хадюру. Тут они видят, что навстречу идут Берестяники на четырнадцати ладьях. Они поворачивают назад, а Берестяники гонят их. Те, кто стоял на вахте, видели, куда плывут Посошники.

Тут Арнбьёрн выходит со своими людьми из реки. Он выставил при этом свое знамя, и когда Берестяники это увидели, они подумали, что перед ними основные силы Посошников; они поворачивают вспять и идут на север, а Посошники гонят их. Вот Берестяники заворачивают к берегу Свавувика и бегут на землю, а Посошники — за ними и продолжают гнать их. С Берестяниками было множество ополченцев. С их стороны пало много людей. Там пали Свейн Брюква и Эрленд Воровской Витязь, а кое-кто получил пощаду. Посошники забрали все корабли и тотчас повернули обратно на восток. Им донесли, что войско Берестяников стоит в Хвитингсэйяр.

Посошники плыли на восток к Тунбергу днем и ночью, а Берестяники поехали на север и застали конунга с большими судами в Хвитингсэйяр.

16. Про Посошников, покинувших корабли

Чуть позже Посошники на востоке снаряжают весельные ладьи и выводят тридцать пять судов в море. Во главе их были Никулас из 293 Листи, Эрлинг Пемза, Орм Стольник. Кнёр Замотанная Голова вел ладью Арнбьёрна. Когда они прибыли в Хельгасунд, туда уже дошли вести с севера. Им сказали, что Берестяники отплыли на юг и миновали Ядар. Никулас хотел плыть на восток, а Орм ему возражал. Весь день до вечера они прождали на месте. Ночью они подняли паруса, двинулись на восток и утром пристали в Портюрье. Стояла кромешная тьма, и они ничего не видели, пока паруса Берестяников не показались перед заливом. Тут Посошники решились быстро, убрали шатры и отплыли из залива на восток. Затем они подняли паруса, взяли путь на Аур и зашли в тамошний фьорд. Берестяники к тому времени уже миновали фьорд и шли на восток. Тогда Посошники поплыли за ними и пристали в Ставерне.

Берестяники шли по проливу под парусом, а три ладьи Посошников шли перед ними. Бьёргольв Челн, Эйрик Банщик, Берг и Скэринг донесли вести до конунга. Тот тотчас велел скликать все войско на берегу у Кургана. Он спросил тогда, какое решение они желают принять, взойти ли на корабли и биться с Берестяниками, или же ждать их в городе, и сказал, что придется сразиться с превосходящими силами, —

— и есть еще одно — уйти в горы; это, я думаю, для нас лучше всего.

Тогда отвечал Арнбьёрн сын Йона:

— Взойдем на большие суда и будем защищаться как можно отважней, и тогда им придется туго, хоть наше войско и меньше.

Этот совет пришелся людям по душе. Тут же пошли к кораблям. Был заполнен и большой корабль, который ранее велел сделать Филиппус; он был больше прочих. Арнбьёрн со своими людьми стоял на носу, а свита конунга на корме.

Берестяники пристали у мыса Хроссанес и вооружились, а когда были готовы, налегли на весла, но едва они подошли на расстояние выстрела, как Посошники бежали наверх в горы к кряжу Фродаас; последними бежали те, кто стоял на носу. Из всего их войска в городе погиб один человек по имени Торбьёрн Кривой. Он был ополченец.

Берестяники захватили все корабли и сверх того — много добычи, ибо Посошники бежали впопыхах. Некоторое время Берестяники оставались в городе.

Ранее, до того как Берестяники выехали из Бергена, было решено, что в крепости будет сидеть Дагфинн. Он просил две сотни воинов. Люди сказали, что ему нет нужды сидеть там с таким множеством народа. Тогда вызвался Свертинг держать крепость с сотней людей58. Решили, что с ним останутся Ивар Жучок59 и Эрленд Ножны со своими людьми. 294

Поташники, сидевшие на весельных ладьях, пристали на севере к берегу. Они вызнали, что с севера на двух ладьях плывут Берестяники Олав сын Йорунда и Олав Жирное Брюхо. У них было наместничество в Западном Агдире. Посошники настигли их и согнали одного из них на берег в Трюмлинге, а другого — напротив Флюстраргавля, и почти всех убили. Никулас из Листи даровал пощаду обоим Олавам, но когда об этом узнали воины, они напали на них и убили. Затем Посошники поплыли на север и, подойдя к Ядару, встретили там судно для плаваний в Англию60 и ограбили его, взяв большую добычу. Еще один корабль они захватили в Кёрмте: это тоже было судно для плаваний в Англию. Потом они поплыли на север к Бергену. Им сказали, что в крепости мало народа. Они подошли к городу с юга и разделили войско. Часть вошла в Тёлувик, а часть пристала у крепости, после этого и те, и другие подошли к стенам. Берестяники вышли навстречу им и выстроились перед стенами. Тут Посошники напали на них. Схватка длилась недолго. Берестяники оставили внешние укрепления и укрылись в главной крепости. Посошники взобрались на внешнюю стену и сломали ее; когда же они увидели, что совладать с главной крепостью так просто не удастся, они сожгли внешние стены и поставили за укреплениями своих людей. У Берестяников в крепости было мало питья. Посошники следили, чтобы они не могли выбраться наружу. Теперь какое-то время и те, и другие сидят на месте.

Конунг Филиппус с войском, которое согнали на берег в Тунберге, проехал Упплёнд по горной тропе и спустился в Согн. Там они узнали, что их люди в Бергене осаждают крепость. Тогда они перебрались на суда и поплыли на юг. Когда Берестяникам стало не хватать питья, они запросили пощады и обязались сдать крепость61. Конунг Филиппус даровал им пощаду и то имущество, которым каждый владел в крепости, а то, что принадлежало конунгу, должно было отойти войску. А когда крепость была сдана и люди вышли наружу, каждый принес клятву, что не вынес больше того, чем владел. В крепости находились Кристин, дочь конунга Сверрира, и Скули, брат конунга Инги62. Была там и Маргрет, жена Дагфинна, и Гудрид, жена Торстейна Домовой Мыс63 с Гудрид, дочерью Йона. Всего там было сорок женщин.

Посошники взяли крепость и нашли в ней много припасов, но мало иной добычи. Конунг прибыл еще в понедельник. Во вторник Берестяники вышли из крепости, в среду ее обыскали, а в четверг подожгли. В пятницу вечером ее принялись ломать; на это ушла вся суббота. Тут им донесли, что с востока плывет ярл Хакон. Поэтому в воскресенье они отошли из города в залив Флорувагар. 295

Берестяники сожгли в Тунберге все большие суда, построенные Посошниками, а также Гостевую Ложку и Лебедя. Золотую Грудь с прочими большими судами они оставили себе. Когда же они узнали, что Посошники двинулись на север, они разделились. Конунг с самыми большими судами остался в Тунберге, а ярл с сорокавесельниками и мелкими судами отплыл на север. В это время дул северный ветер. Посошники посчитали, что для ярла он будет встречным и на следующий день Посошники вернулись в город, чтобы ломать крепость. Они решили тогда созвать все население города, чтобы ломать крепость. Во вторник они отошли из города на юг в залив Сундсваг.

В среду ветер переменился и подул с юга. Тогда ярл поплыл на север, а когда он подошел к Хардсэ, Посошники увидели его и пошли на веслах ему навстречу. Ярл подумал, что Посошники хотят биться, и свернул паруса, но когда Посошники подошли на расстояние выстрела, они развернулись и пошли поперек фьорда. Берестяники налегли на весла и их ладьям почти удалось настичь противника, но длинные суда поотстали. Увидев это, Посошники развернулись и попытались захватить ладьи, а те отошли назад к длинным судам. Вечером Посошники добрались до пролива Сальбьярнарсунд. Когда Берестяники увидели, что погоня сорвалась, они взяли путь на Берген. По прибытии были сказаны суровые слова тем, кто перед этим сдал крепость; это было названо самовольством. Дагфинн очень подбивал отстроить крепость заново. Приняли решение день за днем созывать горожан возводить крепостную стену.

Теперь ярлу приходит на ум, что конунг может счесть, что у него слишком мало войска на востоке в Вике. Тогда он собирается плыть на юг, но, выходя в море, оставляет Петра Истребителя с Дагфинном стеречь крепость.

17. Про конунга Инги и Посошников

Конунг Инги выехал из Тунберга в Осло, и у него было четыре больших корабля: Грозный Ствол, Золотая Грудь и два других. Некоторое время он оставался в городе.

Посошникам выдался попутный ветер на юг, и на подходе к Трюмлингу они узнали, что конунг Инги в Осло; они заходят в залив, становятся между островами Ормэй и Ярлсэй и рассчитывают подстеречь конунга. Потом они плывут вперед к островам Хевудэйяр. В это время дня люди сидели в харчевнях. Тут в городе затрубили. Тогда Берестяники кинулись к своим кораблям, вышли в море и бросили якоря. Посошники же подступили к ним и обрубили канаты. Ветер был сильным. 296

Тут большие суда понесло на берег к Фрюсье, где они увязли в глине. Корабль конунга стоял поодаль. Посошники теперь наступают, не щадя сил. Тут с обеих сторон в ход пошло любое оружие, какое было под рукой.

Конунг Филиппус поставил свою ладью ближе всего. Берестяники уцепили ее багром и притянули к себе. Тогда конунг прыгнул за борт со всеми людьми. При этом погибло семь или восемь человек. Конунга вытащили из воды свои люди. Затем Посошники отошли к городу, взяли там пять грузовых судов и, заполнив их берестой и соломой, подожгли и погнали во фьорд на корабли Берестяников. Берестяники сбили пламя палками, а горящие суда вынесло дальше на отмель. Когда Посошники увидели, что дело подвигается туго, они отступили к городу, а к вечеру стали близ Хевудэйяр. Тут ветер утих, и когда начался прилив, суда Берестяников снялись с места. Они подошли к городу и ночью бросили якоря.

Утром Посошники замыслили ехать в Тунберг, взять там торговые корабли и приспособить их к бою против Берестяников, чтобы не терпеть лишений из-за низких бортов. Они забрали там два крупных торговых корабля и семь судов для плаваний на Восток, и подготовили их к бою, прорезав отверстия для весел и надставив палубу. Затем они загрузили их камнями и вывели во фьорд. Берестяники в это время плыли вдоль фьорда, а Посошники шли навстречу им с моря, но когда Берестяники подошли на расстояние выстрела, они развернулись поперек фьорда и вскоре оторвались от Посошников. Посошникам пришлось опять пересаживаться на свои ладьи, Берестяники же взяли путь к Твимускаги, прошли Несьяр и пристали в Марфьорде; там они бросили якоря, а Посошники причалили к пристани. У Берестяников было мало воды. Утром они снялись с места. Они крикнули Посошникам, чтобы отродье Жирного Кари освобождало проход кораблю конунга. Тогда Посошники отошли от пристани и выстроились носами к мысу. Берестяники же отошли обратно на восток и пристали напротив Ставерны. Там они сделали привал на ночь и снова бросили якоря. Посошники последовали за ними, и все повторилось заново.

Утром и те, и другие были на суше. Тут они видят, как со стороны Гренмара с запада плывут корабли, числом не менее тридцати. Среди Посошников тут же пошел ропот, так как они подозревали, что это ярл. Берестяники говорили им:

— За чем же дело стало, Посошники? Видите, как кое-кто плывет? Станем рядом без лишней суеты, веселей будет!

Посошникам было не до перебранки: они подняли свои паруса и отплыли в море на восток, минуя Фольд. У Астисхольма они пристали 297 и несколько ночей кряду стояли там. А были то паруса грузовых судов, шедших в Тунберг. Ярл прибыл с севера немногими днями позже. Он встретил конунга, и оба поплыли со всем войском к Тунбергу, и осенью оставались там.

Посошники решили двинуться на север в Агдир и рано утром они подняли паруса, а к вечеру достигли Трюмлинга, где встретили множество грузовых судов, плывших с севера. Они узнали, что ярл уже прошел на восток, а Петр Истребитель с Дагфинном в Бергене и возводят там крепость. Дагфинн отдавал постройке крепости все силы, ибо он к тому времени стал наместником Хёрдаланда, а Петр не вникал ни во что; все время он проводил в городе у Церкви Йона, так как там была его жена Ингибьёрг Конунгова Дочь. Ярлу Хакону не хотелось вмешиваться в постройку крепости.

Посошники шли на север и изрядно спешили. Они пристали в Эльдэйярсунде, вечером вышли оттуда в море и подошли к городу до рассвета. Сойдя с кораблей, они побежали по улице вверх, а некоторые поднялись на холмы.

Дагфинн со своей свитой был в крепости, и они заметили Посошников лишь тогда, как те вошли в город. Тут протрубили боевой клич. Те из Берестяников, кто был в городе, попытались пробиться к крепости, но опоздали. Посошники выступили им навстречу; при этом погибло одиннадцать человек. Петр бежал из города вместе со своей свитой, едва раздался клич.

Посошники обложили крепость и стали ждать рассвета. Когда рассвело, они пошли на приступ. Дагфинну они предложили пощаду, но он сказал, что она ему не нужна, и вот началась жестокая битва. Берестяники защищались достойно и мужественно, но у них не хватало людей, и впереди стояли одни и те же. А Посошники все время менялись, когда уставали. Затем Посошники поднесли к стенам огонь. Тут Берестяники стали сильно страдать от дыма и от изнеможения. Все были к тому же сильно изранены. Всего их осталось двадцать пять мужчин. Дагфинн просил для них пощады. Посошники же сказали, что она нужна им не больше, чем утром. Затем Посошники достали в городе церковную лестницу, приставили к крепости и поднялись на стену. Тогда Дагфинн велел спустить вниз по канату маленького Хакона, сына конунга Хакона64 и просил даровать жизнь ему, а вместе с ним велел отправить меч, который он посылал своему зятю Гюрду Косому. Гюрд принял и мальчика, и меч.

— Иди к конунгу, — сказал Дагфинн, — и узнай, будет ли нам пощада. 298

Гюрд так и сделал. Он просил конунга пощадить Дагфинна и поручился при этом всеми своими владениями, что тот не будет сражаться против них. Тут подошел Арнбьёрн сын Йона и поддержал Гюрда. Тогда конунг велел скликать домашний тинг и сказал, что пощадой ведают Посошники. Все возражали. Гюрд тем не менее настаивал.

— Иди же, — сказал ему конунг, — и проси Дагфинна идти сюда одного, он получит пощаду.

Гюрд передал это Дагфинну. Тот ответил:

— Мне не нужна пощада, если мы не получим ее все.

Гюрд передает это конунгу. Тогда конунг просил воинов даровать им пощаду и сказал, что нет славы в том, чтобы убивать кучку людей, при том сильно израненных. После этого им даровали пощаду. Они должны были выйти наружу без оружия и с непокрытыми головами. Лишь на Дагфинне был стальной шишак. Они спустились оттуда на двор епископа и принесли там клятвы на верность конунгу. На следующий день была разрушена вся крепость вплоть до последнего камня.

Посошники оставались в городе полмесяца. Оттуда они отплыли на север в Трандхейм. Там Филиппус был избран конунгом на Эйратинге. В это время в Трандхейме стояли такие сильные морозы, что они выехали оттуда на юг сухим путем уже в начале зимы. Тогда же послали ладьи на юг за вестями. Во главе их были Бьёргольв Челн, Биргир из Стенгир, Брюньольв Нос.

Они узнали, что Петр Истребитель в Ставангре. Посошники пристали у Мостра и выведали, что Петр не ночует в городе, но днем сидит там. Они идут тогда на веслах к Хервиле; тут их застиг встречный ветер, и они стояли четыре ночи. Потом они прошли на веслах поперек фьорда к острову Вадэй ближе Бокна, но дальше Утстейна, затем прошли Фьорбюрьясунду и стали в ближнем заливе.

Петр Истребитель отправился в часовню и слушал заутреню вместе со своей свитой. Была столь густая метель, что они ни о чем не подозревали вплоть до того, как Посошники сошли с кораблей. Это Берестяники заметили и сказали Петру. Он тотчас выбежал из церкви со всеми своими людьми и бросился из города наутек. Петр был очень проворен. Посошники бежали за ними и убили одиннадцать человек. К Петру подступили так близко, что он сбросил плащ и ремень. Ремень Посошники не нашли, а плащ принесли в город. Конунгова Дочь считала, что Петра, верно, уж нет в живых, пока ей не рассказали, как было дело.

Посошники заночевали в городе, а затем выехали в Берген. 299

18. Про конунга и ярла

Конунг и ярл Хакон выехали с востока из Вика и прибыли на север незадолго до йоля. Они долго стояли в Сельяэйяр. До Посошников дошли вести, что Берестяники заняли Кармсунд; тогда они отплыли из города, сделали привал на ночь в Бардарсунде, а днем отплыли в Хвисвик. Тут ветер подул с южной стороны. Тогда Берестяники тронулись в путь и дошли до пролива Эльдэйярсунд. Там им сообщили, что Посошники стоят у берега возле Сторда. Тогда ярл пошел на легких весельных судах на юг. Вечером он пристал у мыса Титольвснес. Там ему стало известно, что Посошники еще не вышли в море.

Ночью Посошники двинулись на юг — они думали, что все войско Берестяников по-прежнему в Эльдэйярсунде. Ночью они подходят к Титольвснесу. Первым шел Арнбьёрн с четырьмя ладьями.

Тут дозорный Берестяников их заметил и громко крикнул:

— По местам, — говорит он — на нас идет враг!

Посошников это удивило, ведь они полагали, что Берестяников поблизости нет. Они новели тогда свои ладьи вдоль берега. Теперь они различают на берегу огни и корабли в свете огней, и сбавляют ход. Тут Бьёргольв Челн крикнул сидевшим на берегу:

— Что это за войско? — сказал он.

Берестяники трудились вовсю, снимали шатры, клали настил и не отвечали. Тогда Бьёргольв крикнул второй раз, и третий. Тут кто-то отозвался:

— Не шуми, не шуми ты так, парень, — сказал он, — сейчас все узнаешь.

Уверившись, что перед ними Берестяники, Посошники налегают на весла и гребут в море. В это время у входа в залив появилось и все их войско. Берестяники гребут им вослед, и велят играть в трубы.

Посошники гребли, что есть мочи. Было так темно, что они не различали друг друга, хотя почти все корабли шли рядом. Посошники гребли вдоль берега, выстроившись друг за другом, а Берестяники держались по фьорду. Затем они разошлись. Берестяники не знали, куда делись Посошники.

Петр Истребитель примкнул к войску в Эйкундасунде; под его началом была ладья. Он наскочил на корабль Хрейдара Посланника. Тогда один человек с корабля Петра закричал:

— Какого дьявола вы так вяло гребете перед нами всю ночь?

И он берет камень и запускает им в того, кто сидит на носу корабля Хрейдара. Тогда кто-то на корабле Хрейдара сказал:

— Ну-ка, прибавим ходу! 300

Они гребут из последних сил. Петр и его люди их не признали65.

Хрейдар и Хельги сын Биргира подошли к Мостру. Арнтор Метель повернул обратно на север и зашел в Текнафьорд, и там они бегут на берег.

Берестяники зашли в залив и дождались рассвета. Утром Берестяники настигли у острова Вадильсэй Арнбьёрна, брата Сёрквира Олуха. Там пал Арнбьёрн с четырьмя людьми. Далее Берестяники плыли своей дорогой на север к Бергену. Войско Посошников утром достигло Хаугасунда.

В это время на север к конунгу явились гонцы с письмом от епископа Никуласа. Конунг велел огласить письмо. В нем говорилось, что Берестяники и Посошники должны помириться, и что никто из них не должен чинить другому вреда. Было это перед самым нолем. На время йоля Посошники посадили свое войско в Агдире. Оттуда они плывут в Тунберг и проводят там зиму.

Ранее летом епископ Никулас ездил на север в Трандхейм на встречу с архиепископом Ториром. Они сошлись в том, что должны приложить все силы, чтобы Берестяники с Посошниками помирились. Потом епископ Никулас уехал обратно на восток. Тут все начинают слать друг другу письма.

Весной епископ Никулас выехал в Тунберг для встречи с Филиппусом. Они долго беседовали наедине.

Конунг тогда сказал:

— Владыко епископ, — говорит он, — с какими условиями мира едете вы?

Епископ отвечал:

— Государь, — говорит он, — начать с того, что вас, хёвдингов, — трое. Каждый должен иметь свою часть страны. Вы, государь, получите Вик с Упплёндом, а это совсем не то, что Трандхейм. Там сейчас голод и недород, а здесь хорошие урожаи. Мы с архиепископом думаем, что вам надо взять в жены Кристин, дочь конунга Сверрира, ведь она происходит из лучшего рода в Норвегии. Может статься, у вас от нее будет сын65а. Тогда люди, возможно, будут низкого мнения о роде Барда сына Гутхорма да лагмана Фольквида. Нам долгое время было тяжело совладать с Берестяниками. Но если вы захотите сперва уступить в этом, не исключено, что следующий раз они уступят и больше.

Конунг счел это приемлемым. Епископ едет теперь с надежными провожатыми на север в Берген. Он завел беседу с конунгом Инги и ярлом Хаконом, изложил им все сказанное и сказал так:

— Наш родич Филиппус хочет ныне по моим уговорам оставить всю вражду к вам. Он был бы рад породниться с вами, если вам будет 301 угодно выдать за него Кристин, дочь конунга Сверрира. Тогда он сможет стать для вас, государь, могучей опорой в любых делах.

Конунг и ярл были немногословны и сказали, что мировой не получится, если Инги не будет конунгом всей страны. Епископ вел речь весьма гибко и понемногу довел до них, что к чему. Они сошлись в том, что Филиппус должен получить девушку, если на то будет ее воля, и иметь столько земли, сколько было у ярла Эйрика, брата конунга Сверрира, и такое звание, какое конунг Инги захочет ему дать.

Берестяникам показалось, что епископ соглашается на все с большей охотой, чем они. Под конец все это огласили на тингах. Речь там держал епископ Никулас. Берестяники встретили его довольно недружелюбными выкриками и требовали, чтобы этот мерзавец замолк; они говорили, что он, как и раньше, замышляет обман. Епископ не вступал с ними в свару. К этому времени с севера явился и архиепископ Торир. Он тоже очень радел о заключении мира. Кончилось тем, что сходку определили в Хвитингсэйяр. Туда должны были явиться обе стороны, а также архиепископ с епископом Никуласом. Встреча произошла в начале осени. Берестяники пристали у острова Хвитингсэй, а Посошники — у острова Наутэй. Затем стали ездить гонцы, а потом они встретились и сами. Берестяников было намного больше. Епископы держали свои речи и рассказали, как мировая была задумана. Случилось так, как это часто бывает, что обеим сторонам их слова показались слишком обязывающими. Берестяники потребовали тогда, чтобы Филиппус имел земли не больше, чем от Роггьярбита на севере и до Свинасунда на юге. Он должен был также сложить с себя звание конунга и иметь то звание, которое конунг Инги пожелает ему дать. Этот мир был скреплен клятвами, а насчет человекоубийств и имущества, попавшего в чужие руки, решили, что никто не вправе мстить другому или требовать с него виры. Сперва клятву о мире принесли хёвдинги, конунг Инги с ярлом Хаконом и Филиппус, затем лендрманны и наместники, по две дюжины с каждой стороны. Тинг кончился тем, что был провозглашен мир и обязательства верности66. Их произнес Гуннар Волосатый Зад67. На следующий день Филиппус обручился с Кристин Конунговой Дочерью.

Тут в обеих войсках стали роптать те, кто был неимущ, но при этом имел звание. Тогда было решено, что весной они отправятся в поход к Гебридским Островам наживать себе добро, и ехать собрались люди с обеих сторон. Тогда же договорились между собой и Петр Истребитель с Хрейдаром Посланником; тот к тому времени женился на Маргрет, дочери конунга Магнуса. Они собирались плыть в Иерусалим, а 302 пока расстались. Посошники отплыли на восток, а Берестяники — в Берген. Посошники по-прежнему продолжали называть Филиппуса конунгом.

Весной Филиппус отрядил две ладьи на север за Кристин Конунговой Дочерью. Во главе их были Эйстейн сын Хрои68, Амунди Щетина69, Грунди Казначей70. Конунгова Дочь отплыла на восток в Вик. Филиппус справил свадьбу в Осло. Туда прибыла с востока из Гаутланда и королева Маргрет, которая ранее была замужем за конунгом Сверриром. Она была дочерью конунга Эйрика Святого. Она же была и матерью Кристин71.

Тем летом в викингский поход на Гебридские острова отправились Тормод Дристун, Тормод Жеребячья Кость, Оспак Гебридец72. Эти были из Берестяников, а из Посошников были Эйрик сын Тови с другим Эйриком73, Эрленд Смола, Берг Пасть, Никулас Гилли. У них было двенадцать кораблей74. Следующей зимой из страны уехали Петр Истребитель и Хрейдар; у них было два корабля, и никто из них более не возвращался75.

19. Гибель Стюркара

В ту зиму, когда умер Эрлинг Каменная Стена, Посошники выехали на восток в Вик, и это было незадолго до йоля. А те из них, у кого было неотложные дела, задержались. Сёрквир Олух зашел в Хардангр. Оттуда он отплыл на юг на маленькой ладье, и с ним было двенадцать человек.

В то время лен в Рогаланде держал Стюркар Штопальная Игла. Он узнал о походе Сёрквира и выехал, чтоб искать с ним встречи. Они увидели друг друга у Бардхольма. Стюркар налег на весла и гнал ладью Сёрквира на юг до пролива Кармсунд. Начало смеркаться. Стюркар пристал в Бэ; там они поставили корабль на берег и пошли спать на хутор. Они легли в покоях.

Сёрквир и его люди повернули обратно и стали искать их. Они пристали в Бэ, признали на берегу корабль Стюркара и затем пошли к хутору. Сперва в покои зашел сам Сёрквир. Он схватил две пики, выбежал с ними наружу и просил своих нападать — людей, мол, хватает. Затем они взяли сани и подтащили их к дверям.

Стюркар и его люди вскочили и схватили оружие. Они думали, что снаружи много народа. Поэтому никто не пытался сделать вылазку. Они поставили перед оконцем стол, и несколько человек выбралось по нему наружу. 303

Посошники сорвали крышу и забросали тех, кто был в покоях, камнями. Потом они взяли бересту, подожгли ее и сбросили через оконце, так что в покоях стало светло. Некоторые были при этом ранены, а многие погибли. Там нал Стюркар, и всего семнадцать человек. Сёрквир был ранен. Девятерым они даровали пощаду.

20. Про кузнеца и Одина

В ту самую зиму перед летним примирением в Несьяр76 проживал один кузнец. Было это после рождества: однажды вечером туда явился всадник и просил бонда о ночлеге, а еще — снарядить в дорогу коня. Бонд сказал, что это вполне посильно. Они встали задолго до рассвета и пошли в кузню.

Бонд спросил:

— Где ты был прошлой ночью?

— В Медальдале, — сказал гость. Это далеко на севере в Теламёрке. Кузнец сказал:

— Быть того не может: ты, верно, отъявленный лжец. Потом он начал ковать, и получалось как-то не так.

— Никогда прежде не знал я подобной ковки, — сказал он. Гость сказал:

— Куй как придется, — и получилось больше подков, чем бонд хотел сделать, но когда подковы вынесли наружу, оказалось, что коню, вроде бы, ровно столько и нужно77. Затем они подковали коня.

Тогда гость сказал:

— Неученый ты человек, — говорит он, — и неумный. Почему ни о чем не спрашиваешь?

Кузнец сказал:

— Что ты за человек, откуда прибыл и куда держишь путь? Тот отвечал:

— Я прибыл с севера страны и долго пробыл в Норвегии, а теперь собираюсь на восток в Швецию; долго был я на кораблях, но теперь придется привыкать к лошадям.

Кузнец сказал:

— Где думаешь быть вечером?

— На востоке в Спармёрке, — говорит тот.

— Это уж точно неправда, — говорит бонд, — туда ведь не доскачешь и за семь дней.

Тут гость вскочил на коня. Бонд сказал:

— Кто ты?

Тот ответил: 304

— Слышал ли ты об Одине?

— Слыхал, как поминают такого, — говорит бонд.

— Здесь ты можешь теперь его видеть, — говорит гость, — а коли не веришь тому, что сказал тебе, глянь-ка, как я перемахну на коне через крышу.

Конь прянул. Тут он дал коню шпоры и погнал его вперед. Конь перемахнул через крышу и исчез; высота столба была семь локтей, и бонд с тех пор больше не видел своего гостя78. Четырьмя ночами позже близ Лейнар бились конунг Эйрик с Сёрквиром конунгом.

Этот рассказ поведал ярлу Филиппусу сам кузнец тем же летом в Тунсберге79, а ярл рассказал нам, которые это слышали. Хутор называется Пислар, а бонда, который делал подковы, звали Торд Заливала80. 305


Примечания

1 тинг в Эйрар в Трёндалёге был в Норвегии первым по старшинству. Именно там положено было избирать конунга.

2 Сигурд Повелитель, сын конунга Сверрира, умер в 1200 г. Действие «Саг о Посошниках» начинается с 1202 г.

3 конунг Инги — ребенок, которого Посошники выдавали за сына конунга Магнуса сына Эрлинга.

4 Святой Остров на озере Мьёрс в Упплёнде был, вероятно, назван так потому, что Посошники подарили его монастырю.

5 конунг Хакон сын Сверрира (умер 1204 г.) не был сыном законной жены Сверрира королевы Маргрет.

6 епископ в Холар Гудмунд Арасон (1203–1237 гг.) — неканонизованный исландский святой. Был последователем Фомы Бекета и боролся с исландской знатью. О его жизни подробно рассказывается в «Саге о Гудмунде Арасоне», дошедшей до нас в нескольких версиях, одна из которых входит в состав «Саги о Стурлунгах».

7 Эйнар Священник был женат на сестре конунга Хакона, одной из дочерей конунга Сверрира; у Сверрира было две дочери — Сесилия и Ингибьёрг. Неизвестно, на которой из них был женат Эйнар. Ингибьёрг была замужем за шведским принцем Карлом сыном Сёрквира (убит в 1198 г.). Прозвище Эйнара Конунгов Зять упоминается уже в «Саге о Сверрире» (гл. 178) в рассказе о событиях 1201 г.

8 ярл Хакон Шальной, сын Фольквида (умер 1214 г.) — старший сын Сесилии, единокровной сестры Сверрира и наиболее знатный из племянников Сверрира. Его отцом был шведский лагман Фольквид.

9 Петр Истребитель сын Свиного Стефана (умер 1213 г.) — старший племянник Сверрира, сын его единоутробной сестры.

10 Сигурд Конунгов Родич (умер 1217 г.) — один из вождей Берестяников. Его матерью была Хельга, незаконная дочь конунга Сигурда Рта, сыном которого объявлял себя Сверрир. После смерти конунга Посошников Филиппуса (весной 1217 г.) Сигурд выехал в Вик для заключения перемирия. Умер в том же году.

11 Эйвинд Священников Зять, Хроар Конунгов Родич — Берестяники из Трандхейма, вероятно, свойственники Сверрира, впоследствии — активные сторонники Хакона Хаконарсона. Эйвинд впервые упоминается в описании морской битвы при Флорувагар (1194 г.), где он вместе с Петром Истребителем командовал одним из крупнейших судов Берестяников. В 1217 г. на совете партии Берестяников Эйвинд настоял на избрании юного Хакона конунгом. Прозвище Эйвинда указывает на то, что он был женат на дочери некого влиятельного священника, возможно по имени Йон: в пространной версии «Саг о Посошниках» под 1207 г. указано имя жены Эйвинда — Гудрид дочь Йона. Хроар известен как участник V крестового похода (около 1217 г.); позже он ездил с миссией конунга к императору Фридриху II Гогенштауфену.

11а Страна ВендовВендами скандинавы называли все славянские племена, жившие на побережье Балтийского моря, но прежде всего — полабских славян, живших на территории провинций современной Северной Германии — Мекленбурга и Шлезвиг-Голштинии. Географический термин Страна Вендов — скорее всего, отсылает именно к области проживания полабских славян. Северная граница расселения славянских племен проходила но островам, расположенным к югу от Зеландии — Лолланду, Фальстеру и Мёну, ср. специальное исследование Ф. Хоустед: Friederike W. Housted. Stednavne af slavisk Oprindelse på Lolland, Falster og Møn. C. A. Reitzels Forlag. København, 1994. Областью компактного проживания славян был также о. Рюген — возможное место локализации полулегендарной разбойничей крепости Йомсборг. О нападениях викингов из Йомсборга или йомсвикингов рассказывается во многих королевских и родовых сагах, в том числе — в «Саге о Йомсвикингах», которая, однако, считается поздним и недостоверным источником. Среди иноземных викингов, совершавших набеги на Данию, Швецию и Норвегию, по-видимому, были не только славяне, но и скандинавы. В 994 г. войско йомсвикингов по наущению датского конунга напало на Норвегию, но было разгромлено в заливе Хьёрунгаваг ярлом Хаконом Могучим. В 1135 г. викингам-славянам удалось в результате внезапного нападения разгромить город Конунгахеллу в Восточной Норвегии и захватить его жителей в рабство. После этого город, как сообщает Снорри Стурлусон, утерял свое былое могущество, а центры торговли и резиденция власти в Восточной Норвегии переместились в города Тунсберг (совр. норв. Тёнсберг) и Осло, поскольку они в силу своего географического положения были лучше защищены от внешнего нападения с моря. См. «Сагу о Магнусе Слепом и Харальде Гилли», гл. XII («Круг Земной», М., 1980, с. 511).

12 Эрлингом Каменная Стена звался человек… Он был в неволе в Стране Вендов… Эрлинг спасся и… объявился в Дании Предыстория самозванца Эрлинга Каменная Стена — одно из наиболее тенденциозных мест в составе «Саг о Посошниках»: показания краткой и пространной версий сильно расходятся, причем есть серьезные основания подозревать, что обтекаемое изложение краткой версии вызвано политической цензурой.

Согласно пространной версии, людей, выдававших себя за Эрлинга, сына конунга Магнуса сына Эрлинга, было двое. Первый из них был по просьбе Сверрира пойман в Швеции людьми короля Карла сына Сёрквира и посажен в башню на острове Висингсё на озере Веттерн в Вестерётланде (а не в Стране Вендов). Ему удалось совершить побег и добраться до Конпарберга, где он был настигнут и убит людьми Сверрира. «Лже-Эрлинг Второй» был, по версии Берестяников, «сыном оборванца из Уппланда» и не имел ничего общего с первым, кроме того, что в свое время сидел в той же тюремной башне на острове Висингсэй, что первый самозванец. Именно второй (а не первый) самозванец приехал в Данию из страны Вендов и заручился поддержкой датского короля Вальдемара II, присвоив себе биографию своего предшественника.

12а Йоль — языческий праздник нового года, впоследствии отождествленный с христианским рождеством.

13 Божий суд в виде испытания (очищения) каленым железом — обычная процедура древнескандинавских законов. Официально отменен в Норвегии в 1247 г. после визита панского легата кардинала Вильгельма.

14 Хрейдар Посланник (умер 1214 г.) — знаменитый норвежский дипломат и политический деятель, реальный вождь войска Посошников. Двадцать лет (1175–1195 гг.) провел в Европе, вернулся в Норвегию с поручением византийского претендента Алексея Комнина. Воспользовавшись мандатом на подготовку IV крестового похода, набрал войско и организовал партию Посошников, объединившись с епископом Никуласом. Стремился уменьшить роль конунга и выступал за власть военной аристократии. В 1201–1202 гг. в течение полугода защищал крепость в Тунсберге, после сдачи крепости амнистирован Сверриром. Весной 1204 г. возобновил борьбу против Берестяников. После примирения, когда в его родном Вике возобладала партия земельной аристократии, вновь покинул страну.

15 Филиппус uз Вегины в Хрингарики (умер 1207 г.) — могущественный лендрманн, Посошник. Был женат на Маргрет, дочери конунга Магнуса сына Эрлинга.

16 Епископ Осло Никулас сын Арки (1188–1225 гг.) — вождь партии Посошников, главный противник Сверрира после гибели конунга Магнуса. Матерью Никуласа была Ингирид, вдова конунга Харальда Гилли (убит 1136 г.), таким образом, Никулас приходился следующему легитимному конунгу Инги Горбуну (умер 1161 г.) сводным братом, а конунгу Магнусу сыну Эрлинга (1163–1184 гг.) троюродным братом. В 1188 г. временно примирился со Сверриром ради получения сана епископа, но в 1196 г. возглавил смуту. В 1203 г. примирился с Хаконом Сверрисоном и вернулся в Норвегию. Летом 1204 г. возобновил борьбу с Берестяниками.

17 Борг — Сарпсборг в Вингульмёрке (совр. Эстфолль). Боргартинг считался первым по старшинству в Восточной Норвегии.

18 Филиппус сын Симуна, ярл и конунг Посошников (умер 1217 г.), был родным племянником епископа Никуласа: матерью Филиппуса была Маргрет, сестра епископа.

18а День Св. Ботольва — 17 июня.

19 Арнбьёрн сын Йона с Тьёрна (умер 1240 г.) — знатный Посошник, впоследствии — лендрманн и один из главных сподвижников Хакона Хаконарсона, наместник конунга в Вике.

20 Асбьёрн Набалдашник (Asbjörn koppr, køpr) — Посошник из Вика, наместник. Его имя встречается в сагах и в норвежских дипломах с 1204 по 1240 гг. Назван в числе сторонников ярла Скули во время Бергенского собора 1224 г.

21 Торд Ворот (умер 1207 г.) — Посошник, участник обороны Тунсберга в 1201–1202 гг. Свое прозвище Торд получил за дерзкую вылазку из крепости: ночью с крепостной стены на воду была спущена небольшая ладья, на ней Торду и семи его товарищам удалось прорваться сквозь посты Берестяников («Сага о Сверрире», гл. 171).

22 Симун Корова, сын Рагнара (умер 1245 г.) — Посошник из Эстфолля, впоследствии сподвижник Хакона Хаконарсона, его наместник и лендрманн. В «Саге о Хаконе Старом» говорится о том, что Симун сидел в темнице вместе с Эрлингом Каменная Стена.

23 Кольбьёрн Рыжий — Посошник, позже наместник в Уппленде, после 1217 г. принял сторону ярла Скули, упоминается в числе его сторонников на Бергенском соборе 1224 г.

24 архиепископ Торир — рассказчик саги ошибается: в 1205 г. архиепископом был еще Эйрик Слепой (1190–1205 гг.), добровольно сложивший с себя полномочия вскоре после избрания Инги.

25 фру Кристин дочь Никуласа, жена Хакона Шального, была племянницей вдовы Сверрира королевы Маргрет и приехала с ней из Швеции; сам Хакон тоже был шведом по отцу, что являлось серьезным минусом с точки зрения населения. Поэтому бонды предпочли избрать конунгом не его, но его единоутробного брата Инги; отцом Инги был Бард сын Гутхорма, знатный тренд, лендрманн Сверрира.

26 Это утверждение рассказчика краткой версии «Саг о Посошниках» не вызывает доверия. В пространной версии прямо говорится, что войско желало избрать Хакона, но бонды были категорически против и заявили «что ни за что не изберут конунгом того, кто по отцу происходит из ётского рода».

27 Торговым Местом рассказчик «Саги о Посошниках» неизменно называет Нидарос.

28 Рассказ об избрании конунга Инги сына Барда на Эйратинге в 1205 г. изложен в рукописях краткой версии саги весьма невнятно. Утверждение рассказчика, что конунг был юноша и полки водить не обучен несостоятельно. По-видимому, здесь произошла порча текста: аргумент о слишком юном возрасте выдвигался не против Инги, а против его младшего брата Сигурда сына Барда, кандидатура которого предлагалась на тинге, но получила отвод, по свидетельству пространной версии «Саг о Посошниках». Конунг Инги действительно был человек вялый и к военному делу не склонный, однако его никак нельзя было назвать юношей: он родился около 1185 г., так что к моменту избрания ему уже было около двадцати лет.

28а День Св. Олава — это день мученичества конунга Олава Святого, т. н. день его гибели в битве при Стикластадире, которая, по всей вероятности, произошла 28 июля 1030 г. Однако в современных святцах День Олава приходится на 29 июля.

29 Дагфинн (умер 1237 г.) — бонд из Хёрдаланда, позже лагман Гулатинга. Крайний Берестяник, примкнул к Сверриру до 1194 г. Поборник сильной власти конунга, впоследствии — главная опора Хакона Хаконарсона и противник ярла Скули.

30 Торгрим с Льянеса (умер 1206 г.) — Берестяник из Южного Хёрдаланда. О нем в «Конунговых Анналах» под 1206 г. сказано так: Торгрим из Льянеса велел убить Йона Усти. За это Торгрим был убит. Очевидно, это могло произойти лишь после побоища в Нидаросе, так как «Сага о Посошниках» специально подчеркивает, что Торгрим был там ранен, но не убит. Йон Усти упоминается в пространной версии «Саг о Посошниках» (в переводе Педера Клауссона Фрииса прозвище ошибочно передано как Jon Usle): ночью Йон собирает на берегу 40 уцелевших Берестяников и спасается бегством.

31 епископ Никулас собрал свои подати — судя по контексту, имеется в виду не десятина, а те подати (оброк), которые епископ Никулас мог взимать с жителей фюлька Фирдир (Фьорды) как местный лендрманн: его родовое имение Стодрейм находится во Фьордах неподалеку от пролива Ругсунд, где останавливается войско Посошников по пути в Трандхейм.

32 Никулас сын Ботольва и его брат Кёрлунг — знатные Посошники. По правдоподобному предположению X. Магероя, они были сыновьями лендрманна Ботольва из Фьордов, погибшего вместе с двумя другими сыновьями в 1179 г. Эта гипотеза поддерживается тем, что в «Сагах о Посошниках» имена Никуласа и Кёрлунга впервые названы именно в списке бондов из Фирдира, примкнувшим к Посошникам в 1204 г.

33 Харальд Пика (Haraldr kesja) — Берестяник. То же лицо упоминается в «Саге о Хаконе Старом» (в рукописи стоит Haraldr kærra).

34 Гудлейк Увертка (Guðleikr skreiðungr) — Посошник из Уппланда. После 1217 г. примкнул к ярлу Скули.

35 Лодин Окольничий — Посошник. Не исключено, что это тот же человек, имя которого ранее было обозначено как бонд Лодин из Лейкина. Одно из этих лиц отождествимо с Лодином сыном Гунни (умер 1247 г.), Посошником, перешедшим после 1217 г. на сторону Хакона Хаконарсона, и в 1222 г. женившимся на Ингибьёрг, младшей сестре ярла Скули. Неясно, какая власть соответствовала должности окольничего в начале XIII в., видимо, это чин типа «представитель дружины при конунге».

36 Симун Вол — то же лицо, что Симун Корова. Неясно, является ли варьирование формы прозвища исконным, или оно отражает порчу текста.

37 Весельная ладья (skúta) — быстроходное узкое длинное судно для каботажных плаваний. Небольшая ширина судна (по данным археологических находок — 2,5–3 м) позволяла гребцу на банке в случае необходимости управлять парой весел в одиночку.

38 Сразу после йоля наместники выехали в свои округа… Приводимый в данной главе перечень наместников Посошников содержит важную информацию об административном делении Вика в начале XIII в. Большинство наместников, судя по косвенным данным, были местными уроженцами; исключение составляет наместник Боргарсюслы Филиппус из Вегини в Хрингарики. В первоначальном тексте саги указания на округу должны было стоять после имени каждого наместника, однако в дошедших до нас списках краткой версии они не везде проставлены, поэтому текст пространной версии в передаче Педера Клауссона Фрииса приобретает особую ценность. Тот факт, что Педер Клауссон отнесся с большим вниманием к норвежским топонимам, нежели авторы компиляций Eirspennil и Skáholtsbók yngri, несомненно, объясняется тем, что в отличие от авторов данных компиляций он сам был норвежец, а не исландец.

Всего было построено двадцать две ладьи… В списке Педера Клауссона разнарядка на постройку военных кораблей восстанавливается так:

СюслаНаместникКоличество судов
Борг (Сарпсборг)Филиппус из Вегини2 ладьи
Фольд (близ Осло)Асбьёрн Набалдашник1 ладьи
ОслоТоральди сын Ауги1 ладьи
Одинсэй (Онсё)Орм Длинный1 ладьи
СкоттенесТорстейн Вор1 ладьи
Гаутэльв (Бохуслен)Йон Королева2 ладьи
Блаккестед (близ Осло)Гудольв + Гуннар сын Асы2 ладьи
Драфне (Драммен)Хрейдар2 ладьи
Тунсберг (Тёнсберг)ярл Филиппус2 ладьи
?Торд Ворот1 ладьи
Скидан (Скине)Гунни Длинный + Хундольв2 ладьи
ВиседальГюрд сын Бентейна1 ладьи
Бевье (Эстфолль)Симун Корова + Рагнар сын Гамаля2 ладьи
Бьяргхейм (Бьёргхэрит)Арнтор Метель1 ладьи

Таким образом, поименно перечислены наместники, ответственные за постройку двадцати одного судна из двадцати двух. Не исключено, что постройка еще одного судна была возложена на горожан либо бондов.

39 Гудольв Тёмный из Блаккастадира (Темного Двора) близ Осло — наместник Посошников. Впоследствии не получил наместничества из-за жестокости к населению, примкнул к мятежникам и был убит бондами в Вике в 1226 г.

40 Гуннар сын Асы — наместник Посошников. После примирения 1217 г. остался без звания, примкнул к мятежникам и был убит.

41 Хрейдар [велел построить] две весельные ладьи. В пространной версии «Саг о Посошниках» уточняется, что Хрейдар держал наместничество в Драфни (ныне город Драммен в Вестфолле). По всей вероятности, Хрейдар был уроженцем Вестфолля, о чем свидетельствует тот факт, что в 1201 г. именно ему поручили оборону Тунсберга — крупнейшего города на западном побережье Ослофьорда.

42 Наместничество Торда ни в одной рукописи не обозначено; по-видимому, он был одним из людей Хрейдара либо Филиппуса из Вегины.

43 Гуннбьёрн Брат Йона Королевы (умер после 1240 г.) — Посошник, наместник, впоследствии — лендрманн, сторонник Хакона Хаконарсона. Когда записывался текст «Саги о Посошниках», сохранял свое влияние, этим и объясняется сообщение о том, что он успешно отомстил за смерть брата.

44 грузовые суда (byrðingar) имели меньше мест для гребцов, широкий корпус и большой парус.

45 Сигрид, сестра конунга Инги, после смерти Торгрима с Льянеса (о котором см. выше) была выдана замуж за знатного тренда Йона с Астратта (умер 1214 г.). Впоследствии стала аббатисой монастыря в своем родовом имении Рейн во внешнем Трандхейме.

46 Длинное судно — крупный военный корабль, на котором на весле обычно сидели двое (см. «Сагу о Хаконе Старом», гл. 53). Термины длинное судно (langskip) и сорокавесельник (tvitugsessa) являются пересекающимися: сорокавесельники принадлежит к классу длинных судов, однако длинные суда могли иметь как больше, так и меньше мест для гребцов — пятнадцать или даже тринадцать (что было оговоренным в скандинавских законах минимумом для военного корабля). Помимо количества банок для гребцов класс судна определялся такими показателями, как ширина палубы, высота борта и осадка судна.

47 Торд Брат Финнгейра, Бергсвейн Длинный, Сигвальди Селянин, Бьяльви Полушубок… — в описании побоища перечисляются старые дружинники Сверрира. Другие лица, павшие в Нидаросе, тоже, скорее всего, старые Берестяники, известные современникам рассказчика, но в «Саге о Сверрире» они не названы по имени.

48 Рейдульв Брат Барда — дружинник конунга Инги Бардарсона, а затем его брата ярла Скули. Впоследствии — враг конунга Хакона Старого.

49 Кольбейн Кудельный Нос (умер 1206 г.) назван в «Сагах о Посошниках» в числе жертв побоища в Нидаросе. Однако «Сага о Сверрире» упоминает его в 1196 г. среди Посошников (гл. 135).

50 Сигурд Косой — тренд, дружинник Берестяников от Сверрира до Хакона Хаконарсона.

51 Корабль Берестяников Грозный Ствол (Ógnarbrandrinn), как сообщает «Сага о Сверрире», был построен в Нидаросе к военной компании 1194 г.

52 Некролог Эрлингу Каменная Стена призван возвеличить его. В «Саге о Хаконе Старом», произведении, написанном по заказу конунга Магнуса Хаконарсона, и подцензурном официальной традиции, приводится свидетельство Симуна Коровы (см. выше) о том, что вожди Посошников хорошо знали о том, что Эрлинг был самозванцем. Тем не менее Симун добавляет «Однако пока я был при нем, он мне нравился».

53 О постройке очень крупных судов (stórskip) периодически сообщается в королевских сагах, начиная с «Длинного Змея» Олава Трюгвасона (около 999 г.). При этом описание судов (30–35 скамей, 8 человек на полускамье) обычно совпадает. Такие корабли могли иметь в длину 45–50 метров и вмещать более 300 человек. Их строили специально для крупных морских сражений: чем выше был борт, тем труднее было взобраться на судно.

54 Олав сын Торы — Посошник, впоследствии примкнул к ярлу Скули. Убит в 1225 г. в Вике по приказу Хакона Старого.

55 Сигурд Погромщик, сын Эрлинга Каменная Стена (1203–1226 гг.) — предводитель мятежа Погромщиков (Ribbungar) в 1220-е гг. О Магнусе, сыне Эрлинга Каменная Стена, ничего достоверного не известно; правда, «Сага о Хаконе Старом» упоминает некого Магнуса, командовавшего остатками Погромщиков в Упплёнде и повешенного бондами. Однако рассказчик «Саги о Хаконе Старом» считает его самозванцем.

56 Эрленд из Хусабэ с Хегины в «Саге о Хаконе Старом» назван родичем Сверрира по матери. Он помог Берестяникам переправить маленького Хакона в Нидарос.

57 весло и упряжь — формула, обозначающая право конунга требовать при созыве ополчения постройки судов и снаряжения лошадей в битву.

58 Тогда вызвался Свертинг держать крепость с сотней людей… — рассказчик пространной версии «Саг о Посошниках» обвиняет этого Свертинга в предательстве; после сдачи крепости он примкнул к Посошникам.

59 Ивар Жучок (Ívarr boddi) — Берестяник, священник из Бергена, советник Сверрира с 1198 г. Согласно «Саге о Хаконе Старом» был наставником юного Хакона.

60 Судно для плаваний в Англию — по-видимому, разновидность класса торговых судов, который обозначался общим термином кнёрр (knörr). Судя по археологическим находкам, суда для плаваний в открытом море имели примерно одну и ту же конструкцию с довольно высоким бортом и палубой, широким корпусом и большим парусом; так, суда для плаваний в Гренландию и по Балтике отличались лишь размерами.

61 Они обязались сдать крепость — в пространной версии рассказывается о том, что посредником при капитуляции выступил архиепископ Торир, который был заинтересован в уничтожении крепости как военного форпоста Берестяников в Бергене. Напротив, лагман Дагфин Бонд, державший лен в Хёрдаланде, был кровно заинтересован в ее сохранении для контроля над городом.

62 Скули Бардарсон (умер 1240 г.) — сводный брат конунга Инги, будущий ярл и герцог.

63 Торстейн Домовой Мыс (умер не ранее 1240 г.) — Берестяник, впоследствии — знаменоносец конунга Хакона.

64 маленький Хакон — в «Саге о Хаконе Старом» говорится, что Посошники увезли будущего конунга в Вик и отдали его Берестяникам лишь через три года.

65 Словами …Петр и его люди их не признали завершается текст «Саг о Посошниках» в составе «Скаульхольтской Книги». Далее перевод следует тексту «Медной Застежки».

65а Кристин, дочь конунга Сверрира, умерла от родов в 1213 г., и от ее брака с Филиппусом сыном Симуна наследников не осталось: новорожденный младенец умер через несколько часов после смерти матери.

66 Клятва о мире — ритуальный текст, состоящий из аллитерированных формул. Образцы этого жанра известны по двум родовым сагам — «Саге о Битве на Пустоши» и «Саге о Греттире».

67 Гуннар Волосатый Зад (умер 1232 г.) — влиятельный бонд, лагманн Эйратинга (до 1188–1232 гг.). Умеренный Берестяник. Конунг Хакон Хаконарсон на Вергенском соборе 1224 г. называет Гуннара «умнейшим человеком в стране».

68 Эйстейн сын Хрои (умер не ранее 1230-х гг.) — Посошник, лагманн Упплёнда, впоследствии сторонник ярла Скули, затем перешел на сторону Хакона Хаконарсона.

69 Посошник Амунди Щетина (Amundi burst) известен лишь по «Саге о Сверрире» (впервые упоминается около 1200 г.), но возможно, что это то же лицо, что Амунди Спесь (Amundi remba), лагманн из Рогаланда, которого Арнбьёрн Йонссон (см. выше) во время Бергенского Собора 1224 г. называет своим старым боевым товарищем по лагерю Посошников. Амунди Спесь умер не ранее 1240 г.

70 Грунди Казначей — Посошник. Впоследствии примкнул к ярлу Скули, убит мятежниками в 1232 г.

71 Королева Маргрет умерла в Тунсберге в 1210 г. через несколько недель после свадьбы ее дочери Кристин с Филиппусом Симунарсоном.

72 Оспак Гебридец, он же Оспак сын Дувгаля — (умер 1230 г.) — Берестяник, в 1230 г. получил от Хакона Хаконарсона звание конунга Гебридских островов и имя Хакона. Умер в том же году.

73 Эйрик сын Тови с другим Эйриком — Почти наверняка это то же лицо, которое выше в гл. 16 было названо Эйриком Банщиком: в обоих случаях его имя соседствует с именем другого Посошника, некого Берга.

74 Викингский поход на Гебридские острова датируется 1208–1209 гг. Он остался в памяти летописцев благодаря неслыханным для своего времени грабежам и бесчинствам, которые учинили бывшие Берестяники и Посошники.

75 и никто из них более не возвращался… Пространная версия «Саг о Посошников» уточняет, что Петр Истребитель и его жена Ингебьёрг умерли по пути в Иерусалим, в то время как Хрейдар достиг цели, а затем вернулся в Константинополь, где и умер.

76 Селение Несьяр расположено неподалеку от мыса Гренмар у западной оконечности Ослофьорда.

77 вышло больше подков, чем нужно — подготовленного читателя это удивлять не должно, ведь Слейпнир, конь Одина, восьминогий!

78 Встреча Одина с кузнецом является также сюжетом скандинавских баллад. Рассказ кузнеца Торда, имеющий точную датировку — 1207 г. — является наиболее ранним упоминанием данного сюжета, а сообщение рассказчика «Саг о Посошниках» о том, что ярл Филиппус сам пересказывал сюжет о встрече с Одином, услышанный им от одного из подданных, позволяет отнестись к рассказу Торда как к литературному анекдоту.

79 Тунсберг — это единственное место в рукописи Eirspennil, где название города предстает в своей привычной форме: на протяжении всей саги употреблялась форма Тунберг. Эту особенность мы предпочли сохранить и в русском переводе.

80 Торд Заливала (Þórðr vettir); прозвище в оригинале не вполне однозначно, но, по-видимому, оно является «говорящим».

Перевод: Циммерлинг А. В.

Источник: Исландские саги. — Studia philologica. «Языки русской культуры», 2000.

Сканирование: Halgar Fenrirsson

OCR: Мария Вязигина

273 — так обозначается конец соответствующей страницы.

По всем вопросам пишите в раздел форума Valhalla: Эпоха викингов